А снег повалится, повалится... и я прочту в его канве,
что моя молодость повадится опять заглядывать ко мне.

 И поведет куда-то за руку, на чьи-то тени и шаги,
и вовлечет в старинный заговор огней, деревьев и пурги.

 И мне покажется, покажется по Сретенкам и Моховым,
что молод не был я пока еще, а только буду молодым.

 И ночь завертится, завертится и, как в воронку, втянет в грех,
и моя молодость завесится со мною снегом ото всех.

 Но, сразу ставшая накрашенной при беспристрастном свете дня,
цыганкой, мною наигравшейся, оставит молодость меня.

 Начну я жизнь переиначивать, свою наивность застыжу
и сам себя, как пса бродячего, на цепь угрюмо посажу.

 Но снег повалится, повалится, закружит все веретеном,
и моя молодость появится опять цыганкой под окном.

 А снег повалится, повалится, и цепи я перегрызу,
и жизнь, как снежный ком, покатится 

к сапожкам чьим-то там, внизу.
 

Е Евтушенко 1966 год.