я не умру никогда,
я уже неживая
сердце бьется, сокращается,
суетится,
но не любит никого и ничто.
думаю, масса людей совершенно никого
и ничто в своей жизни не любят,
конечно, не признаваясь в этом, даже об этом не думая,
создавая видимость, схемы отношений,
не из меркантильности, а из крайней душевной пустоты;
в этом смысле многие мы – трупы.
например,
эти старушки в транспорте,
скандалящие с молоденькими девушками,
если они садятся,
чтобы ощутить хоть немного пороха в просроченных пороховницах -
у них пустые глазницы.