Разнообразно. Вот вчера сходила на Поминальную молитву гастролирующего у нас Челябинского театра. Хоть что-то живое на русдрамовской сцене. Честная попытка делать театр. Трудно по одному спектаклю судить об уровне театра в целом, но одно бросается в глаза сразу - отсутствие в челябинцах той фальшивой манерности, приторности, заигрыванья с публикой (Станиславский кажется называл это ломанием) , которыми напичканы актёры русдрамы. Спектакль идёт около 4 часов (если с антрактом). Не представляю себе, чтобы скажем Рабинович рискнул держать зрителя в театре так долго:)

Невротические состояния дают о себе знать. Усталость физическая, психическая.

После спектакля был сильный дождь и сильное опустошение - до этого я начала читать статью Розанова о Великом Инкизиторе, и тема неоправдываемости человеческих страданий вдруг повторилась вечером в театре в незатейливой истории еврейского молочника, что только усилило губительные размышления. Добил же меня пьяный дедушка на обратном, распевающий на весь трамвай песню о "Горе-горюшке". Это был надрыв.

Не надорвалась. Забвение - вот пожалуй ключ к дверце на небеса. Но дверца та проржавела, правда.
( дурно, но все же напомню сама себе, что день четырнадцатый уже подходил к логическому концу, когда он позвонил), Что ничего не значит, но стоит отметины, ибо что нас вообще может поддержать, где та соломинка? Она одноимённа картине Пьера Пюви де Шаванна "Надежда".

Дыхание моё тихое и слабое, оно светло-серого цвета