Вот так а. Вот так.
Раскрываю широко (но не удивлённо) рот, произнося - Вот так.
Невероятное косноязычие, мыслеступор мучат меня на протяжении недели последней - ничего не могу высказать из того, что получаю, а получаю от жизни (впечатлений) вполне прилично. Постановки фоменок, вызывающие эйфорию и лёгкость бытия - похожие на вымоченный в воде рафинад, ибо к ним прилипают лапки. Посмотренная вчера "Вальпургиева ночь" в качестве столь ужасном, что туман с изображения ( а лиц актёров там почти не разглядеть) перемещается в мозги. О как там банально, старомодно и банально с музыкальным сопровождением - и оттуда же окончательно убеждаюсь в мысли, что не переношу использование в спектакле популярной или вообще - не прямо к спектаклю написанной музыки (но это крайность). Потому что "Реквием" Моцарта сработает сам по себе, так, как и должно ему сработать, но ведь совсем не к чести постановщика. Такая вот эксплуатация эмоции, вызываемой музыкой, должна быть признана только проявлением дурного вкуса, и ничем более. Но это сейчас отходит, поэтому мне так и било в глаза ( в уши) в этом спектакле.

А сам сюжет-то Веничкин, чем не повод для размышления и обсуждения - Дон Гуан по имени Лев Гуревич, сам этот трагических тон в ужасных, но не великих, не трагических обстоятельствах - и вот уже в психушке говорят шекспировским стихом. Ох как я путано излагаю, но послушайте. Нет, я не в силах всё понять в этой пьесе, а постановщик "понял" и поднял там только то, что на поверхности лежало. Но всё же спектакль состоялся, это чувствуется и по записи. Хорош он несмотря ни на что. Наряду с машинистами во мне продолжают существовать и Лёва Гуревич
, и его Командор.



Так же у меня промокают ноги. Хлюпают, влажно пахнут потОм, пальцы опухшие, красные; весной как-то очевидно всё, и всё жестоко - но солнышко греет,
и приятна мировая жестокость.
Слог расхлябанный, и отражает хлябь мозговую. Но я всё молчу о главном, а главное в том, что я приступила наконец к твердыне, и твердыня эта не молодой человек с театроведческого, как могло показаться, а роман достоевского братья карамазовы. пока на сем и отложим наш диалог с неизвестной частью нас же самих.

Кстати, недавно решила удалиться вглубь дневника, страниц на 18, себя поискать - вот скукота от чтения себеподобной! Многословна и многое ворую у Дост. ...