Когда вышла Diablo II многие радовались полоске усталости в ней, что нельзя вечно бежать и персонаж устает, как тогда радовались реализму, а сейчас, когда я пишу о мастурбации, менструации и том, что мы все клали холодную ладонь на женскую грудь - от меня отворачиваются люди, смотрят с недовольством и презрением. А знаете, знаете почему? Потому что они тоже причастны к этому, к этому ебанному реализму и физиологии. Да-да, не смущайтесь, можете дальше писать о кроликах в клевере и воздушных змеях.

Каждый раз, когда тебе хочется рисовать - пиши, когда хочется фотографировать - пиши, когда хочется петь - пиши! И лишь когда тебе хочется провести рукой по моим волосам - рисуй, фотографируй и пой.

Как же дико... страшно и болезненно. Эта, столь надоевшая мне, невозможность писать, эта лень, это слабоволие. Как работать с текстами, как писать на семинар, как заполнять место в дневнике?
Не вздумайте меня жалеть, я во всем виновата сама. Три дня прошло, а я и двух слов не могу связать о Питере. Хотя... ладно, могу: мой Питер - это насморк, секс и текила. Город, в отношениях с которым мне конкретно не повезло.
Правда, когда в мой последний день наконец-то появилось солнце и меня провожали маленькой, но веселой "толпой" с подарками, мягкими игрушками и пирогами, тогда на секунду мне подумалось, что я бы задержалась с ними еще... еще чуть-чуть. Но мой Питер - это осознание того, как я люблю Москву. А дома пес, а дома Белая, ну а теперь еще и пингвин с мумми-тролем.
И, конечно, hintress - я была бесконечно рада тебя увидеть, подержать за лапки и обнять, ня!
Talle - мой спаситель, а ты, Аларис, и так все знаешь.