[показать]
предыдущая часть

здесь

---

книжка без обложки (1)

1.9. (последняя)


Ну,
вот и все.

Прощай
Вечный Двор,
(2)
пыльный,
залитый солнцем.
С вечно беременными кошками.
С веревками
без белья.
С бабами,
увешанными кульками,
компенсирующими полную разнеженность
мужской
комплементарной половины.

Прощай.



Странное понимание слова "уезд".

Да,

навсегда, покидаешь ты столицу своего сердца. (3)

В ней не раздастся больше звонок твоего велосипеда,
который все не доходили руки отвинтить,
чтобы не дребезжал на разбитом,
вновь положенном
и тут же оказавшимся
неизменно разбитым
асфальте.

Неизбежно утекает
эта река.
Эта Река...
(4)


Уезжаешь.
В америку. (5)

У нас принято ехать именно в Америку. (6)
Этот свет
давно уж не прельщает ни правое,
ни левое полушария
ого-го-го как мыслящей
головы. (7)

Впрочем,
не в америке дело.

Уезжает,
как под сильным наркозом,
все торжествующее пока
в твоих глазах
настоящее.
Оно уже приобретает черты
прошлого.

Хотя бы в том,
как ты отпираешь то ту,
то другую дверцу воспоминаний:
билеты на автобус самые дорогие - пять копеек,
а на трамвае почти бесплатно - три копейки.
Контролер - только в междугородных.
Автомат на углу - добрый,
даже если нет двушки - соединяет.
(- Мама, а кто такие двушки?...
Это были такие телефонные карты?...
А кредитки они принимали?...) (8)



Отезд не выстраивает воспоминаний
- они нанизываются на ожерелье прости.

Неимоверная работа
- таскать в себе
весь этот мир.

Даже и не этот.
Этот
уже давно существует по каким-то своим законам.
А для того,
внутреннего,
законы когда-то выдумал ты.

Вообще-то,
закон существовал на самом деле,
а если и не ..,
то его следовало бы... (9)



Навязчиво липнет ряд параллелизмов:
один мир,
- другой;
законы и порядок
- невязка в каждой точке; (10)
строгий и завершенный вид
- бурьяны и стройплощадки,
закрывающие все фотографические виды
на культурные и доисторические ценности;
замытые углы,
главные линии,
мифологически верные палитры красок
- нечеловеческая детальность,
не упущено ничто,
можно проверить,
разглядеть вооруженным глазом любую из блох,
на которой пасутся еще меньшие блохи;.. (11)



Попытки описать пространство
натыкаются у каждого из известных человечеству мечтателей
на неверный выбор проекции.
Однородная метрика ведет
к квадратуре бесконечности; (12)
неизбежным бесконечным
в своей бессмысленности
перечислениям ничего не значащих
по одной
деталей.
Вольно было 30 птицам просветлиться и понять,
что все они и есть Семург. (13)
А если бы то же надо было сделать
некоторому количеству миллиардов китайцев?..

Меркаторовская проекция (14)
предполает наличие иной бесконечности,
уже квадрированной более успешным предшественником.
Тогда мы славным маршем
пройдемся по размеченным авеню.
Расставим
вместо табличек с латинницей
надписи на чистой кириллице
или мало кому известном древнеегипетском.
Тоже немало,
ведь многим достаточно знать,
где в этом пространстве
ближайщий выезд на 118-West.



Красива идея о метрике
типа Лобачевского. (15)

Можно
использовать,
это уже не попса
- старая добрая неевклидовость
давненько перестала быть модной.

Стереографическая проекция
опускает нас на дно мира
или возвышает на его полюс.
Другого пути нет. (16)
Сфера
ляжет на наши плоские представления о ней
только через разрез.
Это рассечение может быть
бесконечно малым и гуманным.
Достаточно удалить всего
одну точку:
это может быть Бог
- и ты на дне
полной чаши;
это может быть ничто
- и ты пьешь
напиток жизни,
напиток вечного счастья;
это может быть Восток
- и ты
наконец познал
пьяное ароматом "Колы"
чувство свободы,
которую обещала Фитцжи
в неувядающей
(пока время
не смело ее навсегда
- пока не кончился джаз)
заставке; (17)
это может быть Запад
- и ничто
не мешает тебе
отождествиться
напоследок Железного века Шивы (18)
с аватарой безвестного издателя
из Мухополынска,
который не смог украсть
у московского
эксклюзивного дистрибьютера
ни одной рукописи,
кроме подделки Бхагават-Гиты
еще советских времен.
Все
выборы
равны.
Все
- демократичны.
Разрез сделан.
Сфера без точки
эквивалентна,
научно говоря,
плоскости.
Недостающая точка размазана,
она отнесена
на бесконечность.



В целом
подход с использованием нелинейной метрики
неплох
- мы ограничим пространство наших ощущений
до пяти-шести.

Надо только
правильно выбрать калибровку
нашего мерила.
Все равно
абсолютной точности с этим
платиново-рубиновым лекалом
не достичь. (19)



Рассеянно смотрю я на сферу моего пространства.

Кажется,
что качу перед собой
такой огромный бильярдный шар
из детства. (20)

Впервые
по зеленому сукну
подплыл он к стенке,
мягко стукнулся
и чуть-чуть отошел.

Никаких компьютерных подскоков,
никакого мониторно-зеленого RGB(010).

Какими каналами
сумел он просочиться в
этот
мир.

Мир
отъезжающий.
Отъезжающий
из плоскости,
соединяющей неизменимое прошлое
через пунктирную линию
(пузырьковые полоски со штрихами
не более де-бройлевской длины волны (21)
монады восприятия) (22)
настоящего
с вероятностным
будущим. (23)

Из плоскости
в новое измерение.

Впрочем, нет,
не в измерение
- я отказываюсь позволить его измерять.
Мы просто выбираем направление,
которое абсолютно не содержится
в плоскости нашей жизни,
ортогонально нам
и нашим представлениям о ней.
Даже нашим методам двигаться,
не пересекаясь с ней. (24)
Точнее, методам двигаться,
нечасто испытывая пересечения с жизнью
(Ведь потерять пересечение с ней
- значит перестать испытывать страдания). (25)

Любой военспец тут же объяснит вам
эту тактику использования складок местности.

А лучше
включите ваш PlayStation:
вы почти следуете рельефу ландшафта,
но все же имеете полную 3D иллюзию
наличия своего курса.
И только несмелое владение управлением
может привести к редким моментам
пересечения с горизонтом "ноль":
gameover...
gameover...
gameover...

... - pressanykey.



Новый виток пространства
    - я набожно переверну страничку
         и начну
              с чистого
                 листа...