Когда-то давно мне пришлось ознакомиться с русифицированной версией We all live in the Yellow Submarine, которая звучала как "мы все живем в красной подводной лодке". "Красная" резанула слух (а "подводная лодка" как ни станно нет).

И вот неожиданно эта старая требуха битловских времен ("...а битлов почти не осталось, да и те линялыми фотками на стене") выплыла сегодня наружу благодаря приливу крови к печени. Я вообще-то редко бываю в сильных чувствах (говорят, чувства ярости никогда не испытывают те, у кого ослаблен меридиан печени, например, рожденные в год Тигра, а также говорят, что не то Александр, не то Цезарь отбирал в войско только тех воинов, которые в ярости багровели, а не тех, кто бледнел). Но сегодня как-то прорвало - неожиданно, может получил достаточный заряд, а может поднакопилось, а стекать было некуда - все громоотводы сам пообрывал, в целях безопасности окружающих (при поражении током, товарищ, необходимо немедленно отсоединить пострадавшего от электросети [показать]).

Вот посидел-посидел и понял, что предстоит нам сегодня плавание. Плавание в Черной Подводной Лодке.

Почему подводной? - а так... если есть "подземный смех", очевидно имеет право быть и "подводный". Там и скорость звука выше, да и вообще, в новой стихии сам бог велит все транспонировать в новую тональность. "Где был дом - остается дым..."

Итак, "уходим под воду в нейтральной воде..."

А где ж нам будет под водою сесть, как не в кают-компании ПЛ. Разумеется не Самой Легкой ПЛ - ПЛ не должна быть такой уж легкой, иначе слишком много придется на себе таскать балласта. А раз так, то и красить ее будет в какой-нибудь нелегкий цвет... Возьмем-ка черный. В честь зайца-барабанщика (ну не в синий же, в честь фонаря).

Ну вот, корабль готов. Впрочем нет, не корабль, судно. Вооружение оставим пока на пристани, зачем оно нам сегодня?

Курс - надир и намного зюйд-вест, чтобы не зацепиться об обломки старого мола. "...О-ох, надоело и петь и играть. Лечь бы на дно как..."

---

что?... а вы еще здесь? то есть вы ожидаете, что после полного погружения будет что-то еще?

Ну, ладно, значит - будет.

---

Одна (вымышленная) девочка в одном несмешном (невымышленном) киносценарии сказала "И почему люди боятся одиночества... или они боятся, что их потревожат, но тогда они боятся не одиночества, а чего-то другого..."

Я полагаю, что умный ребенок был неправ, тут, конечно, кто как - но люди - они существа, в основном, стайные, и что бы не утверждал про идиоритмиков гиперсловник Милорад, все они избегают, побаиваются, да пожалуй, и не могут жить в полной изоляции от сородичей. Кроме, разумеется сумасшедших. В чем же дело, размышляли мы как-то в узком кругу - только свои - в кают-компании нашей Черной ПЛ.

Первой по кругу на пробу была пущена теорема: рассматривать проблему через призму личного восприятия - смысла нет. Надо обобщаться. С другой стороны обобщение подразумевает коллективный разум - а это подрывает корень вопроса - индивидуализм и его онтологию. Доверили руль Серому. Серега не подведет. И обобщит, где-надо, и обрасопит, и культа личности не допустит.

Серый дал пробный шар: рассмотрим взаимоотношение двух индивидов. Существует точка понимания (или непонимания) пропорциональная ширине перекрещивания ноэматических полей - тут Серый получил наряд за употребление нецензурных выражений в кают-компании и дальше все потекло легче.

Рассмотрим проблему Белла: ты говоришь мне "кот пол мёл", я слышу "кол пел мёд". Нонсенс. В чем дело? утерян общий азимут. "Общая настройка",- встрял и радист Щепухов. "В чем дело?" - поинтересовались мы. "Шкала" - растерянно пояснил радист. "А,"- догадался я, единственный с электротехническим дипломом во всей кодле: "Ему хотелось бы, чтобы перед каждым сеансом все знали в каком диапазоне ловить позывные, нельзя шакалить по всему спектру".

Разговор принимал серьезный оборот.

Будучи насильственно брошены в отрыв от собратьев (и особенно со-сестер) индивидуум достаточно быстро начинает аккумулировать в себе тишину, не позволяющую ежедневно (еже-утренне) восстанавливать его настройку на окружающий мир, такой каким его видят ВСЕ индивидуумы. Дальше с ним происходит то, что происходило с бедным Гулливером после каждого возвращения - ему становится чужда сама постановка вопроса о контакте с йеху.

Кажется, существует пороговая величина одиночества, после которой возврат уже невозможен, по крайней мере не на том уровне, с которого мы начали подводный поход.

Подводя точку беседе, начитанный Серега заметил, что как и в любой теории хаоса, в зависимости от неучтенных псевдо-маргинальных параметров, возможен целый класс (или даже классы) решений. В том числе и промежуточные стадии "одинчания" человека домашнего, к примеру, в человека-с-городом-единорогов внутри. Такой человек с виду ничем не отличается от окружающих особей, но при необходимости легко сбрасывает чешую приличий и коллапсирует в свою виртуальность. Разновидностью является, видимо, небезысвестный широким массам человек-овца и его визави.

---

погружение следует