Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем кремлевском кабинете и смотрел по президентскому телевидению прямую трансляцию из зала Мещанского суда, где Михаил Борисович Ходорковский говорил свое последнее слово.
- У меня не ни яхт, ни гоночных машин, - говорил Михаил Борисович, - дом для статьи в "Комсомолке" сфотографировали не мой: мой - гораздо меньше, его они и не заметили. Имущества за рубежом у меня нет - спросите у спецслужб.
Владимир Владимирович™ немедленно нажал на кнопку вызова директора Федеральной службы безопасности Николая Платоновича Патрушева.
- Слышь, брателло, - сказал Владимир Владимирович™, - А че, правда у Ходорковского имущества за рубежом нет?
- Теперь уже нет, - ответил Николай Платонович.
- Во лох, - пробормотал Владимир Владимирович™, отключая связь, - Правильно мы у него все отняли. Не мы – так нашлись бы. Или в карты бы проиграл.
- Я был неправильным олигархом, - говорил с экрана Михаил Борисович.
- А я хотел ему спасение России поручить, - грустно сказал Владимир Владимирович™ и выключил телевизор.
За окнами его кремлевского кабинета капал тоскливый дождь.