Кладбище. На кладбище крестики, под крестиками гробики, в гробиках трупики. Вопрос: что я делаю на кладбище в час ночи. Нет, не некрофилю. Я блуждаю, точнее уже битые полчаса пытаюсь с него выбраться. Безрезультатно. Как я здесь очутился? А просто. Никто не предупредил, что парковая дорожка ведет прямиком на кладбище: в темноте, среди деревьев надгробия сразу и не заметны, дорожка постепенно как-то перешла в тропинку, а потом и вовсе исчезла. О том, что я на кладбище я заметил, когда налетел на покосившуюся оградку могилы. Я начинаю испытывать некий дискомфорт и немотивированное чувство страха пред зомби. А вдруг оно очень даже мотивированное?
Вдруг почва резко уходит из-под ног - это я навернулся через скамеечку, миленькую такую скамеечку, их так любят ставить у могилок, чтобы удобнее было навещать почивших. Тут и надгробие: фамилия, имя, отчество, дата рождения и смерти усопшего-все честь по чести, кроме одного…Земелька на могилке свеженькая, рыхлая, а дата захоронения 20-летней давности. Вандалы? Некрофилы? Или все же мертвяки??! Чья-то рука на моем плече. Крик -2: я и не знал, что у меня такой диапазон голоса.
Вкрадчивый голос:
- Тише, я не хотел тебя пугать.
Мой «мертвяк» обладает яркой внешностью спившегося интеллигента, мерцающей в темноте белой панамкой и весьма ощущаемым запахом перегара, свойственного исключительно живым.
Я сижу на злополучной скамеечке с пластиковым стаканчиком в руках. В стаканчике водка. Я не пью: трезвенник по убеждению. Мой новый знакомый глушит по темному, закусывая шпротами из стоящей между нами консервной банки. Он несостоявшийся нобелевский лауреат в области ядерной физики, теперь кладбищенский сторож. Умершего перезахоронили, а лауреат устроил в могиле тайник с функцией мини-бара. Дома жена, скандал и мораторий на алкоголь. На кладбище никто не возражает. Некому.
Явственный смрад трупных разложений, нетвердые шаги, глухое бормотание. Удаляющийся покачивающейся походкой сутулый силуэт среди могил. Рука начинает предательски дрожать, водка плещется через край стаканчика прямо на джинсы. Хочется заорать и проснутся.
-Пунктуальный мужик, ровно в 2 встает, - шепчет лауреат, провожая взглядом силуэт, - Академик! Умер, а все равно ходит, над теорией временной петли работает. Да ты не бойся, он не буйный, походит-походит, а к утру все равно на место вернется…
Я на это искренне рассчитываю, а то спросит мертвый Академик что-нибудь заумное: молчать в ответ неудобно, а признаваться в собственном кретинизме тоже не хочется. Буду честным: просто я очень боюсь Академиков, особенно МЕРТВЫХ…