Пусть и моя сознательная жизнь началась в развалившейся стране. Видела лишь отголоски, останки великого. Глубокий интерес к событиям, происходящим в моей стране, спровоцировал на прослушивание эстрады 70-х – 80-х. 80-е развал. Ласковый май. Мираж.
Но вот 70-е!!! Песни по-настоящему добрые. Не так давно нянчили племяшку моего будущего мужа, пока ее мама ходила к стоматологу. К нам пришла его тетка. Видеокассету со свадьбой сына принесла. Смотрели все вместе. Она плакала. Когда посмотрели, я решила у нее спросить, много ли изменилось с тех пор, как они с мужем поженились? – Много, говорит. – петь любили, люди не такие были. На свадьбе предметом роскоши считались музыканты. Модно. Женятся, рожают детей, верят в светлое будущее. У них в семьях все хорошо. Я сейчас слушаю эти песни. Представляю себе этих людей.
Знаю по собственному опыту – если не ставишь / не поддерживаешь постоянно какие-то рамки (кормить обещаниями – это тоже хороший пряник), подчиненные со временем их занижают. Люди были счастливыми все-таки. Я росла до 11 лет с бабушкой и дедом. В каком-то едва вспоминаемом детстве я, конечно, жила с папой и мамой и папиными родителями. Потом к развалу страны они разъехались. Много работали. И наверное поэтому меня отдали маминым родителям под присмотр. Радио Маяк. Телевизор у нас поломался. Песни по заявкам радиослушателей. «Дорогие мои старики» отлично помню. Я росла с бабушкой, я ходила в школу. Я считала своим домом – тот, где жила - бабушкин. Удивительно, что сейчас без особой радости вспоминаю времена сиреневых лосин и варенок, Дока - ТВ. Родители на выходные забирали меня к себе. Понятно, что моим настоящим миром был счастливый уходящий стабильный советский, еще сохранившийся в доме бабушки.
А ведь чтобы понять и простить своих родителей, какими бы они плохими не были, тем ребятам, которые подрастают сейчас, заканчивают институты, понадобится, по меньшей мере, «прожить всю жизнь» или «потерять близких». Это не меланхолические воспоминания. Я редко захожу к своему отцу. Не смотря на худое прошлое, я его люблю, мне как будто есть о чем с ним поговорить. Как может, так и любит. Я ему очень благодарна. Он закалил меня своей жестокой манерой воспитания: не постесняюсь сказать или деликатно произнести про себя «я в этом городе никому ничего не должен и кладбище ваше через дорогу».

Я не говорю, что сейчас жить плохо и тогда было хорошо. Всегда было так, как надо. И плохо жить только вечному жалобщику.
Написала все эти буквы только от одной мысли – сейчас люди слушают ДРУГОЕ. По роду работы приходится организовывать мероприятия. Одна из песен, которая звучит в концертном/ актовом зале перед началом «Живи, родник, живи» Сергея Беликова. Людей она очень радует. И мне ее приятно слушать. Мне приятно добродушно относиться к тому, что оставила страна, которая меня родила. Иногда иронично. Гораздо приятнее перепеть “Обручальное кольцо – непростое украшенье” – “Кабачковая икра – непростое угощенье”, теплое и доброе что-то. Чем группу корни с их супермегахитом “а где-то лондонский борщ”, которая коммерцией очень пахнет. Хорошие они все, эти корни, я ничего и не говорю.

Не так давно добрый друг, мой дорогой любимый учитель, упрекнул меня в негативном отношении к совку. Он не понял, да и не точно выразилась – негатив был направлен на вечных жалобщиков и отбросы. Ну а где их нет? Ни одна страна без такой язвы на лице не живет.
Сказал – сейчас негодуешь, а завтра придут те, кто младше тебя, и пнут под зад, мол, убирайся, рухлядь. Может, и прав, наверное, скоро придут. Только не такие они совсем, эти дети, которые родились во второй половине 80-х и позже. Уж придут, без сомнений. Только качественная разница будет все равно.
Вывод: скоро земля налетит на небесную ось (с)