Нас принимают в комсомол. Всех уже давно приняли, остались только я, Бык, Быра, Куня, Вэк и Клок — самые худшие по учебе или поведению. Первых приняли еще в седьмом, на 23 февраля, а других — надень рождения Лысого, на Первое мая и на Девятое мая.
Мы впятером и еще трое пацанов из "а" класса — мы зовем их "алкаши" — сидим в коридоре под дверью пионерской комнаты. Нам раздали потертые книжечки — устав ВЛКСМ — и сказали вызубрить про "демократический централизм".
Первым идет Вэк, минуты через три выходит.
— Ну что?
— Заебись. Приняли.
— "Демократический централизм" спрашивали?
— Спрашивали.
— И ты рассказал?
— Ага.
Все заходят по очереди, и всех принимают. Я последний.
За столом — мудак Неведомский из десятого "б", секретарь комитета комсомола школы, старшая пионервожатая — проститутка Элла и две десятиклассницы из комитета комсомола, которых Неведомский, наверное, ебет за всю хуйню.
— Расскажи демократический централизм, — говорит одна и улыбается, потом смотрит в окно, как будто ее все заебало.
— Демократический централизм — это...
— Ладно, — говорит Неведомский. — Главное, чтобы к райкому выучил. Все, иди.

(с) Козлов