И хлеб был разрезан на ломти большие
к медовому Спасу, не так ли?
Да пёстрые астры стояли в кувшине
и осенью пахли.

И пламень Господний, незримый для глаза,
сиял и внутри, и снаружи,
и август, чьё сердце вместило три Спаса,
глядел в наши грешные души. (с)