Это цитата сообщения BaragoZ Оригинальное сообщение

В колонках играет - Orbis Mundi - Talking Violin
Настроение сейчас - Романтично-меланхоличное

Дети дефиле

В этом мире ничего не пропадает окончательно. Всё взаимосвязано. Умирая, ты даёшь жизнь другим. Рождаясь, ты отбираешь хлеб у голодных. Когда тебе три года, ты не думаешь ни о чём. В шесть тебя заботят лишь прогулки. Школа. И вот здесь ты становишься чем-то. Но ты становишься чем-то лишь тогда когда ты избираешь путь сам. Без прямых подачек и указок. Иначе – ты лишь подобие чужих несбывшихся желаний.

Восемь лет. Она дралась в школе. И она играла на пианино. Или это был рояль, какая разница. Её отдала туда мама, считая что ей это надо. Да, в восемь лет она не может решить сама что ей надо. Но её жизнь уже направляют. Куда-то.

Десять. Модельное. Она лишь учиться ходить по подиуму. Даже не по подиуму. Просто учит ровную походку, выпрямляет осанку. Опять же благодаря маме. Её желаниям. Желанию увидеть в ней то, кем она не стала когда то.

Пятнадцать. Не пьёт и не курит. Карьера началась. В школе завистливые взгляды подруг, и зачарованные поцелуи парней готовых на всё ради неё. И первые поклонники среди тех «кому за 30». Кому не охота иметь игрушку, которой ты будешь прощать всех её поклонников, потому что это игрушки. И с кем бы она не игралась, она всё равно прибежит к нему. Единственному, взрослому, умудренному опытом. И неважно что он имеет дом, спортивную машину. Это всего лишь статус. Ей важно его понимание. Чего нет среди озабоченных сверстников. По крайней мере так она заставляет себя думать.
В модельном сбивающиеся табуны наивных девочек, выходящие с эйфорией в душе на подиум. Бесплатно, рабсила. Разве нет? Использовать начинают ещё тогда. Мама ещё толкает вперед, радуясь за будущее дочери.

Восемнадцать. Игрушки кончились. Секс ради карьеры. Гламурные съемки. Общества. Цинизм вокруг в душах каждого. Ирония в голосе при виде издалека этой девочки. И крайне реалистично наигранный голос желающий «добра». Собственная машина пока что ещё не засчёт работы, а из кармана того «кому за 30». Он ведь всего лишь покровитель. Да, ****?

Двадцать два. Детство вспоминается как нереальная сказка. Мир большой кусок гавна, завернутый в хрустящие зеленые бумажки. Всё больше жизнь в модельном бизнесе начинает напоминать проституцию, всё меньше начинает быть похожей на те гламурные картинки и истории. Первый крэк. Всё однажды начинается.

Двадцать шесть. История кончается. Тебе не стать супермоделью крошка. Ты стала ненужной игрушкой которую скоро выкинут на помойку, откуда тебя подберут лишь те, кто уже не войдёт твою жизнь. Не тот статус. С плачем вспоминаешь школу, и брошенный институт. Друзей, пропавших вместе с появившейся работой. И мать талдычащая об удачном замужестве. Покровитель увлекается гаремом новых малолетних моделей. На карточке нет денег.

Они встретились в кафе. Тот старый знакомый, любивший её искренней любовью. За чашкой чая он смотрит всё тем же зачарованным взглядом что и десять лет назад. Его бизнес шагает вверх. Ей хочется прижаться к нему, и просто уснуть на его плече. «Я женат, у меня двое детей». И сказка, не успев начаться, кончается снова. Нет в этом мире места для сказок. Сказка жива лишь в нашей душе. Но души смертны как и наши тела.

Скрипела темнота, пели птицы, разрывая тишину на части. Пятый этаж. Окно. На подоконнике сидит она. Судорожные порывы ветра, бьют лицо и волосы. Она помнит каждое слово, каждый поцелуй. Каждую вспышку от их фотоаппаратов. И каждую статью, хоть и самую грязную, но всё же о ней. С крыши стекали капли прошедшего дождя, врезаясь в её кожу. А из шеи текли потоки крови. Ибо ничто её не держало. Взгляд становился стеклянным. Но она ещё видела. На её колено села бабочка, став последним что она видела.
[показать]