Так хочется сказать иногда: «Нет, не трогай меня, пожалуйста!». А не выходит. Слова застревают где-то в пути от мозга до связок, и скапливаются там. Стоишь иногда смотришь прищурясь, и совсем нет сил закричать: «Ну иди же ко мне, мой милый!» И так как эти слова – единственное, на что ты в этот момент способен – ты молчишь.
А звуки вновь застревают в бесконечной пробке несказанного. Зловонной и мучительной пробке. Как в рассказе «Южное шоссе» Кортасара.

Она всплывает постоянно – эта грязно-зеленая муть. Мешает и бьет в виски. Глаза и руки, беспомощно повинуясь ей, делают не то, смотрят не так. Она все портит.