А где-то там в своей степи,
в Балашихе, наверно,
может – дальше,
живет как призрак тень от пустоты,
и тлеет, тлеет так
изящно.

До немоты дрожащими ночами
над лампой, может,
или в темноте,
он тоже пишет
в воздухе стихи
и тоже ждет
но не меня,
наверно…

И также нежно мерзнет
по утру,
и, просыпаясь, через раз счастливым,
он тоже любит эту пустоту,
и тоже хочет,
хочет быть
любимым.

С ним просыпаться рядом
может быть легко
(хоть я счастливым чаще засыпаю).
Держать за руку,
и курить в окно,
и все равно,
что мне курить нельзя,
и пить нельзя,
и что там дальше
я совсем
не знаю.

© neprostoi (весь)