Шесть стихотворений Игоря Сорина. 10 ноября ему исполнилось бы 40 лет.
Врем ле-тит.
 

* * *

Эти глаза никогда не лгут,
Эти губы не знают соблазна,
И это немного тебя выдает,
И это немного: СОГЛАСНА.

Эти слова ничего не значат,
Не больше, чем цвет помады красной,
И это немного тебя выдает,
И это немного: СОГЛАСНА.

Этот мотив оторвался от нот,
Не дальше, чем крик в подъезде праздном,
И это немного меня выдает,
И это немного: ПРЕКРАСНО.

* * *

Две растаявшие льдины утонули в океане,
Между северным сияньем и Полярною звездой.
Только птицы-пилигримы, добродушные дельфины,
И медузы, и медузы, и медузы под водой.

Две слезы столкнулись в небе и потом,
Упав на землю, без сознания лежали, –
Так рождается любовь.
Знают птицы-пилигримы, добродушные дельфины,
И медузы, и медузы, но они не знают слов.

Широко открытые глаза достают ресницами до неба.
Моих слов моргающая небыль – широко открытые глаза.

* * *

На белом корабле прозрачная заря
Над городом плывет, не задевая небо,
И теплая зима второй вздохнула раз
Рисунком на стекле и шоколадным снегом.

Качнулась колыбель, и юная весна
На рыночных цветах проснулась ненадолго.
Заботливый январь поправит ей постель,
И колыбельный звон подарит колокольня.

За белым кораблем прозрачные слова
Дельфинами плывут, раскачивая небо.
Январь скользит по льду, прижав к своим губам
Весенние цветы, уснувшие под снегом.

* * *

Видишь облака высоко над землей?
Их куда-то манит прошедшее в даль.
Помнишь, я в глазах твоих синих, как море,
Утонул однажды, а жаль.

Помнишь, мы друг друга любить обещали?
Знаешь, тот мотив я почти позабыл.
Кажется, нам здорово было в печали?
Значит для тебя я ее и хранил.

Слышишь, города поездами качает,
Видишь, горизонт облака наклонил?
Лодочки встречают на белом причале,
А кораблик наш не доплыл.

* * *

Когда весна потоками текла,
Когда сирень душистая цвела,
И пух летел, и пели голоса,
В глазах твоих закончилась гроза.

Когда весна особенно честна,
Когда стеной обрушится она
И в небе закружится белым пухом, –
В глазах твоих закончится война.

Когда весна особенно тепла,
Зароем в землю все свои дела,
И я увижу, зажигая спички, –
В глазах твоих закончилась зима.

* * *

Остывшие волны
Набухшее солнце пинают,
Багровые чайки
Кричат, по волнам семеня...
И я вспоминаю,
Ладони в огонь окуная,
И я вспоминаю,
Что кто-то не вспомнил меня.

Но был ли я тот,
За кого выдает меня слово,
А был ли я тем,
За кого выдает меня взгляд,
И если моя обнажится,
Как берег, основа,
Не грянет ли ложью
Фальшивый насквозь звукоряд?

Я каюсь опять
И, похоже, не каюсь для вида,
Вздымается сердце,
Как свежий волдырь от огня.
Простите же за
Нанесенные мною обиды,
Забыть не забудьте,
И тихо простите меня.

Сомненье души,
Опьяненной размахом пространства,
Где трудно достичь
Обозначенных кем-то вершин,
Порою, как ярость,
Сует головою в шаманство,
Где блекнут глаза
И надежда, и ясность души.

И все оскверняя
Мертвящим, придушенным лаем,
Обиды, как четки,
На сальном шнурке теребя,
Я, словно младенца,
Обиды свои пеленаю,
Забыв ненароком,
Что я ослепляю себя.

Распались медузы
В обмылках какого-то хлама,
Стегает о камень волну
Неуемный прибой,
И, словно насмешкой
Над крохотной жизненной драмой,
Очерченный солнцем
Встает горизонт голубой.

*

На эту землю больше никто не прийдет. Кроме последнего пророка, имя которому – Любовь.
Любовь, как последний пророк на Земле.

Любите друг друга. И берегите себя.