*** Тишина…
Я иду под чьими – то окнами,
не усталая, не одинокая –
просто я сегодня одна. Фонари надо мной зажглись.
Клёны
жёлтые звёзды сбросили.
Я беру на память об осени
горьковатый, в морщинах, лист. Кто-то шепчется там, впотьмах.
Бродят парочки
Вереницами.
Это счастье, быть может, снится мне
Только в самых секретных снах.

Я гляжу сквозь кленовое кружево,
Прижимаю листья к груди,
Невлюблённая, незамужняя..
Это всё
Ещё впереди!

 

***

Семья — это дело вязальщиц,
а я не умею вязать.
Опять этот желтый вокзальчик,
рюкзак за плечами опять.

Попутчица скажет о муже:
— Любить я его не люблю,
и все-таки надо потуже
затягивать эту петлю.

Какие нескладные спицы
в моих неуклюжих руках!
Мне нечем с тобой поделиться,
рюкзак мой ветрами пропах.

Но черствый сухарь расстояний
я честно делю на двоих,
хозяйка своих расписаний
и враг рукоделий своих.

 

***

Такие сны мне снятся в эту зиму,
Так радостно, раскованно и зримо
Все в них: от детских санок с бахромой
До поезда, летящего стрелой.
Провалы... Взлеты... Я спешу куда-то,
Одетая легко, щеголевато,
Как никогда одета не была,
Не по годам спокойна и смела.
А сколько лет мне?
Двадцать или десять?
Не знаю я...
Без паспорта, без денег,
Без аттестата, без диплома –
р-раз -
И вот уже на воздух поднялась.
Опомнись! На четвертом-то десятке!..
А это значит, я еще в порядке:
И снег, и свет, и сердца сладкий стук...
А то с чего бы мне приснились вдруг
Такие легкомысленные санки,
Такая куртка, красная с изнанки,
Подруги детства, и отец, и мать,
И дурость юных –
время подгонять.

Тамара Жирмунская