Давно известно: актеры - люди суеверные, в их среде ходит немало "совершенно правдивых" рассказов о смертельно опасных для исполнителя роковых ролях, "заклятых" фильмах и "бесовских" спектаклях. Стоит ли огульно отметать эти рассказы и, демонстрируя полное пренебрежение к неведомым силам, потешаться над ними? Не зря говорят: нет дыма без огня!
Издавна самым опасным и пользующимся дурной славой среди актеров и большинства режиссеров считается "Макбет" великого Уильяма Шекспира. У нее настолько плохая репутация, что те режиссеры и актеры, которые все же начинают репетировать пьесу, называют ее не иначе как "та пьеса", или "одна пьеса". Упаси боже произнести вслух ее название! Еще хуже, если актеру вдруг взбредет в голову порепетировать не на сцене, а на улице или дома... Существует легенда, согласно которой проклятие "Макбета" повелось от трех ведьм, которые по ходу действия с заклинаниями варили снадобье. Их пророчества вызывали у главного героя роковые намерения. Согласно той же легенде Шекспир взял диалоги ведьм из реальной жизни и тем обрек пьесу на вечные несчастья.
Рассказывают, что якобы еще 7 августа 1606 года, в день премьеры "Макбета" в знаменитом лондонском театре "Глобус", где играл и для которого писал пьесы сам Шекспир, случилось несчастье. Напомним, что в те давние времена все роли в театре исполняли только мужчины, а женщины на театральные подмостки не допускались. И вот практически перед тем как начать представление исполняющий роль леди Макбет молодой человек внезапно упал и забился в конвульсиях, пытаясь разорвать на груди стягивавшее его женское платье:
- Душно! Дайте дышать! - кричал несчастный.
Все попытки помочь ему, позвать лекаря и, как было тогда принято, пустить кровь ни к чему не привели - бедняга вскоре скончался. Но спектакль следовало начинать, нетерпеливая публика требовала зрелища, и Шекспир решил сам выйти на сцену в роли леди Макбет.
- Опомнись, что ты задумал? - пытались остановить и отговорить его суеверные актеры.
Но драматург остался непреклонен. Он быстро переоделся, загримировался и сыграл спектакль, который, по свидетельствам присутствовавших на нем очевидцев, более походил на панихиду. Вроде бы, все прошло благополучно и пьеса имела успех, но несчастье произвело настолько сильное впечатление на артистов, что "Макбета" потом не ставили ни в одном из театров на протяжении столетия!
Позднее постановки пьесы возобновились. Однако, как отмечено в исторических хрониках, несчастья все же продолжали преследовать многих исполнителей ролей, и поэтому среди актерской братии стало принято называть "Макбета" не иначе, как "эта пьеса".
Рационалистический XVIII век презрел суеверия, и постановки «Макбета» стали периодически возобновляться. Практически ни одна не продержалась более двух дет. Горели здания театров, тяжело болели и сходили с ума исполнители главных ролей. Газетной сенсацией 1879 года было убийство на почве ревности Хью Чаррисом, исполнителем роли лорда Макбета, своей жены, игравшей роль леди Макбет. Перерезав горло супруге, Чаррис тут же покончил с собой. Трагедия произошла в стенах театра, и, что в Англии обычное дело, призраки Макбета-Чарриса и его жены нервировали по ночам сторожей театра до тех пор, пока в его здание во время Второй мировой войны не попала бомба.
В XX веке проклятие «Макбета» простерлось на кинематограф. Сначала внезапно разорилась собиравшаяся ставить по пьесе фильм британская киностудия «Санрайз муви». А когда к «Макбету» стал подбираться Голливуд, намереваясь создать из шекспировской трагедии «ужастик» в стиле Хичкока, покончила с собой актриса, по настоянию которой отчасти и затевалась постановка. Ею была Мэрилин Монро.
Как знать?.. Но с "Макбетом", действительно, случались и случаются совершенно невообразимые вещи. Знаменитый актер Большого драматического театра в Санкт-Петербурге Владислав Стржельчик скончался именно в период работы над ролью Дункана в "Макбете". Известный московский актер Владимир Сошальский получил на премьере "Макбета" микроинфаркт, потом сломал ногу и долго болел, а когда его наконец заменили в постановке другим актером, откровенно признался, что всегда выходил на сцену в "этой пьесе" с каким-то мистическим ужасом и невольно осенял себя крестным знамением.
Когда в начале 90-х годов XX века телевидение решило снять "Макбета" в постановке МХАТа, началась сущая фантасмагория - сплошные технические неполадки: полосы и пятна на пленке, постоянно пропадали то звук, то изображение, то обесточивалась техника, а когда телевизионщики все-таки добились своего и сняли весь спектакль, пленки с записью необъяснимым образом... исчезли! Так телеспектакль и не дошел до экрана, и зрители его не увидели
Целая плеяда английских историков и политиков начала кампанию по реабилитации короля Макбета, утверждая, что его несправедливо очернил гениальный Вильям Шекспир
Через тысячу лет после рождения шотландского короля Макбета (Macbeth), имя которого стало символом несчастий и религиозных предрассудков, высоколобыеостровитяне предприняли попытку снять с него клеймо убийцы. Группа известных историков - во главе с Джоном Битти (John Beatty) из нью-йоркского City University, который спит и видит, чтобы объявить нынешний год «годом Макбета», - убедила 20 депутатов шотландского парламента начать кампанию за признание его исторических заслуг. Они твердо убеждены, что Шекспир создал неверное представление о нем как об амбициозном и беспощадном тиране, который к тому же находился "под каблуком" своей жены - пресловутой леди Макбет.
Реальный Макбет не был «убийцей-мясником и мужем злокозненной королевы», а был мудрым правителем процветающей объединенной Шотландии XI века. Кстати, он всячески способствовал распространению христианства. Шекспировская интерпретация образа Макбета – чистейшей воды художественный вымысел и не более, пишет Daily Telegraph.
Английские историки считают, что легенда о Макбете, которую использовал Шекспир в своей пьесе, была создана шотландскими бардами. Барды под патронажем клана, соперничающего с кланом Макбета, переврали деяния Макбета для того, чтобы бросить тень на весь его род. Так ли?
Считается, что эту трагедию Шекспир написал в 1606 г. Желая польстить тогдашнему королю Якову (любителю театра), драматург обратился за сюжетом к легендарной истории Шотландии. В трагедии автор сильно возвысил характер безвинно убитого Банко – предка правящего монарха из рода Стюартов. У Холиншеда Банко был одним из соучастников Макбета в цареубийстве. У Шекспира – он идеал человека, который верен долгу и друзьям, так что его высокие нравственные достоинства делали из него жупел для цареубийцы Макбета.
За отсутствием подлинных фактов, Шекспир пользуется полународными, полулитературными преданиями «старины глубокой». Он читает «Хроники» Холиншеда (Raphael Holinshed. Chronicles of England, Scotland and Ireland. 1577). Холиншед в свою очередь основывался на опусе Scotorum Historiae Гектора Боэция (в английском варианте - Бойса), которые были впервые напечатаны в Париже в 1526 году.
Макбет не убивал короля Дункана (King Duncan) во сне, как написано в пьесе. Он мог убить своего конкурента в борьбе за трон, но это произошло в 1040 году, в битве при Питгэвени (Pitgaveny), пишут нынешние разоблачители. В свою очередь Макбет был убит в сражение с сыном Дункана, Малкольмом, в 1057 году. А на самом деле? Хроника хранит молчание, где именно Макбет убил шотландского короля Дункана.
Со своей стороны поэт игнорирует такие факты: после этого Макбет хорошо правил страной долгих 17 лет и никто не попытался захватить его трон, пока Макбет совершал полугодовое паломничество в Рим. Это свидетельство того, что ситуация в его королевстве была стабильной и Макбет пользовался уважением подданных.
В некрологе на смерть Макбета его правление называют «плодородным периодом» (the fertile seasons); эта метафора у древних кельтов означала, что они не голодали. «Макбет довольно успешно правил страной, – говорит Тед Коуэн (Ted Cowan), профессор истории из Glasgo University. – Некоторые из древних шотландских кланов упоминали Макбета как последнего великого кельтского правителя Шотландии». Профессор Джеймс Фрейзер (James Fraser) из Edinburgh University, полагает, что не доказано, что Макбет был тираном, который правил королевством, где его ненавидели, как написано в пьесе.
Председатель Шекспировского фонда Shakespeare Birthplace Trust профессор Стэнли Веллз (Stanley Wells) считает, что Шекспир изначально не очень интересовался настоящим Макбетом. По этой причине люди, которые отменно знают историю Шотландии, указывают на несоответствие событий, описанных в пьесе Шекспира, историческим фактам.
Стоит ли джентльменам ломать копья? Ведь хорошо известно, писатель волен по своему усмотрению прибегать к «поэтической вольности». Вспомните знаменитый «гвоздь» Дюма-отца, на который он «вешал свои романы». Ришелье «Трех мушкетеров» - это совсем не выдающийся государственный муж Франции, которым он действительно был. Только безумному галлу взбредет в голову документально опровергать папашу Дюму. Впрочем, законодатели мод XIX века ревностно баюкают свой amour к «простой пастушке» из деревни Домреми.
По хронике жестокость Макбета против Макдуффа мотивирована тем, что последний, нарушая свой долг, начал сноситься с врагами короля. В трагедии Макдуфф всего-то отказался явиться на праздник. У Холиншеда Макбет лично идет с войском на непокорного вассала; в пьесе он расправляется с его невинной семьей при помощи киллеров. Шекспир, похоже, и сам запамятовал такое отступление от источника, и в конце IV акта Россе рассказывает Макдуффу о взятии его замка и об истреблении всех его вассалов, что, конечно, было невозможно для наемных убийц.
В заключение несколько слов, а точнее цитат. Август Вильгельм Шлегель в своих «Лекциях о драматическом искусстве и литературе» абсолютно уверен, что Шекспир хотел изобразить честолюбивого, но благородного мужа, который уступает дьявольским искусам; все преступления, на которые его толкает стремление обеспечить за собой плоды своего первого злодеяния, не могут стереть с его образа печати прирожденного героизма.
Ужасно видеть, как прежний смелый воин, прямо смотревший в лицо смерти, теперь, из страха перед загробной жизнью, цепляется за свое земное существование. И все же, несмотря на отвращение, которое нам внушают его злодеяния, мы не можем отказать ему в сочувствии. Шекспир хочет показать в своей драме, что борьба добра и зла в этом мире совершается по воле Провидения.
В 1840 г. в своем разборе комедии Грибоедова великий русский критик Белинский так определяет два главных характера этой трагедии: «Макбет Шекспира – злодей, но злодей с душою глубокою и могучею, отчего он, вместо отвращения, возбуждает участие: вы видите в нём человека, в котором заключалась такая же возможность победы, как и падения, и который, при другом направлении, мог бы быть другим человеком».
И второе: «Макбет» - одно из самых … чудовищных произведений Шекспира, где … отразилось … все варварство века, в котором он жил».
Насколько эти высказывания глубже, чем изыски господ от Истории. Ну что ж, продолжайте переписывать Библию, Шекспира и т. д. Флаг вам в руки!
Источники http://www.pravda.ru/culture/2005/4/8/16/19109_shakespeare.html http://www.lexxlight.ru/Convention/2.html
А вот и сама шотландская легенда
|
Легенда о Макбете
|
|
В году так в 1033 Шотландией правил добрый старый король Дункан. У него было два сына — Малькольм и Дональбейн. В ту пору Шотландия страдала от набегов воинственных датчан. Датские воины, высади- вшись на британском берегу, крушили все что ни попадет под руку. Сжигали дома и замки, даже церкви, забирали награбленное, садились снова на свои парусные лады и улетали прочь. И вот в который раз многочисленный флот датчан причалил к берегам Шотландии и высадился в окрестностях Файфа. Против чужеземцев шотландцы собрали могучую армию, но так как король Дункан был уже слишком стар и сыновья его слишком юны, армию повел, по веленью короля, его ближайший родственник Макбет. Макбет был сыном тана гламисского. Тана — значит владельца земель в Гламиссе. Макбета все считали храбрым воином. Во главе армии шотландцев, вместе с верным Банко, таном лохаберским, он дал отпор датчанам. Шотландцы выиграли великую битву, они разбили датчан и заставили их отступить к своим ладьям, бросив раненых и не похоронив убитых. Прогнав датчан, Макбет с победоносной армией вернулся на север Шотландии в Форрес. Поговаривали, что в Форресе жили три вещуньи — три старухи, умевшие колдовать и предсказывать судьбу. Даже такие бесстрашные воины, как Макбет, верили тогда в колдуний. Три вещуньи схоронились на болоте у дороги и стали поджидать Макбета. Когда он появился во главе своей армии, первая вещунья не побоялась, вышла к нему и сказала: — Привет тебе, Макбет, привет тебе, о славный тан гламисский! За ней вышла вторая вещунья и сказала: — Привет тебе, Макбет, привет тебе, о славный тан ка-вдорский! А третья вещунья вышла и воскликнула: — Привет Макбету, которому грядет стать королем Шотландии! Не успел Макбет прийти в себя от изумления, как появился на коне гонец, который сообщил, что отец Макбета скончался. А значит, Макбет и в самом деле стал теперь таном гламисским. Вслед за первым гонцом вскоре появился и второй. Он принес добрые вести от короля Дункана. Король благодарил Макбета за победу и сообщал, что тан кавдорский восстал против него, и потому все его земли теперь принадлежат победителю Макбету. А значит, Макбет отныне стал и таном кавдорским. Выходит, уже два предсказания старых колдуний сбылись. И Макбет задумался, что предпринять, чтобы сбылось и третье,— как стать королем. А надо вам сказать, что у Макбета была жена, женщина коварная и очень честолюбивая. Она воспользовалась своей властью над ним и уговорами, укорами и угрозами заставила его поверить, что он овладеет короной, если убьет старого, доброго короля. Макбет очень долго сопротивлялся ее уговорам. Ему совсем не хотелось убивать старого короля, своего доброго друга. Но чего не добьется коварная, честолюбивая женщина! Да к тому же предсказанье вещуньи... И Макбет уступил. И замыслил, как убить короля. Он пригласил короля Дункана к себе в гости, в свой замок близ Инвернесса. Вместе с женой он радушно принял короля и всю его свиту, устроив им пышный пир. Уже глубокой ночью королю захотелось покинуть пирующих и уйти спать. Макбет проводил его в роскошные покои, приготовленные заранее. В те далекие, дикие времена был обычай, что у дверей опочивальни, где спит король, несли стражу два бравых воина. Леди Макбет знала, кто назначен стражами в ту ночь, и заранее напоила их вином, в которое подмешала снотворное зелье. И когда король удалился в свои покои и лег спать, стражники тут же свалились в мертвом сне у его дверей. Теперь их не добудилась бы даже военная труба. Всю эту ночь шумела буря, но ни вой ветра, ни удары грома не нарушили сон короля, потому что он был уже стар и слишком Устал после долгой дороги и богатого пира. Само собой, и стражники не пробудились. Только один Макбет не ложился, сон не шел к нему. Его терзали сомненья, стоило ли затевать столь опасную игру. Ведь если королю суждено умереть, все должно свершиться в эту же ночь. Леди Макбет была рядом. — Стыдитесь,— говорила она,— вас тревожит не совесть, а трусость! Будьте мужчиной! Если мужество вам изменило, я, слабая женщина, сама свершу это. Макбет не мог больше слушать позорящие его речи и направился длинными переходами замка в покои короля. Он выхватил из ножен кинжалы, висевшие на поясе спящих стражников, и, ворвавшись в покои короля, всадил их прямо в сердце старого Дункана. После этого Макбет вложил обагренные кровью клинки в руки воинов и вымазал им лицо кровью, чтоб все подумали, что это они убили доброго короля. Наутро в большом зале замка собрались все знатные лорды и дворяне, входившие в свиту короля. И оба его сына — Малькольм и Дональбейн. Ожидая выхода Дункана, они толковали о страшной буре, что бушевала ночью. — Вы слышали, как завывал ветер? Словно запели все черти ада. — Метались тени, скрипели ставни, а где-то недалеко ухала сова. — И лаяли собаки. А кони короля Дункана вырвались на волю и перегрызли друг друга. Верно, взбесились. — Не к добру это. — Не к добру... Король все не выходил из своих покоев, и встревоженные вельможи послали к нему одного из знатных дворян. Со всем почтением приблизился он к покоям короля, раскрыл двери и — о ужас! — перед ним лежал Дункан, мертв и неподвижен. А рядом — два стражника с кровавыми кинжалами в руках. Забил тревожно колокол, горестные стенания огласили покои замка, когда вельможи и друзья увидели содеянное зло. Казалось, более всех был разгневан сам хозяин замка, Макбет. Никто не успел опомниться, как он своим мечом пронзил спящих стражников. — Всем ясно, что они убийцы! — воскликнул он.— И заслужили кару. Но сыновьям Дункана, Малькольму и Дональбейну, показалось странным это убийство. И они поспешили покинуть зловещий замок Макбета в Инвернессе. Дональбейн направился в Ирландию, а Малькольм ко двору английского короля, чтобы попросить у него поддержки и восстановить закон, по которому он, Малькольм, должен наследовать трон своего отца Дункана. Макбет стал королем шотландским, как и предсказывали вещуньи. Казалось, все сбылось, но он не знал ни радости, ни счастья. Покоя не давали ему навязчивые думы о своем злодеянии. Страх проник в душу: а что, если такой же честолюбец, как он, и с ним поступит точно так же? Но кто? Растревоженная совесть не молчала, и подозрение пало на Банко. Банко, вот кто теперь опасен! — решил Макбет и подослал к нему убийцу. Но и это не принесло ему ни счастья, ни покоя. Он заметил, что кое-кто стал подозревать его. И он боялся, что кто-то отомстит ему. А нет, тогда Малькольм найдет поддержку у короля английского и пойдет на него войной. И вот Макбет решил снова отправиться в Форрес к вещуньям. Разве не они заронили в нем мечту стать королем Шотландии? Ему не терпелось узнать свою судьбу и дальше. — Ты непобедим и не отдашь корону, пока зеленый лес, зовут его Бирнамским, не придет сам в неприступный замок Дунсинейн,— поведали вещуньи. В Дунсинейне теперь обычно держал свой двор Макбет. А Бирнамский лес был в добрых двенадцати милях от Ду-нсинейна. — Сказки, бред, деревья сами по себе не ходят,— успокаивал себя Макбет.— Я в замке в полной безопасности. И все-таки после ночной встречи с колдуньями Макбет велел укрепить свой замок на холме у Дунсинейна. А по сему заставил знать свою и благородных танов прислать ему камней и бревен, которые на холм должны были поднять могучие волы. Среди благородных танов, которым приказал Макбет доставить в замок Дунсинейн камни, бревна и все такое прочее, был Макдуф из Файфа. Макбет давно подозревал, что если когда-нибудь в Шотландию прибудет принц Малькольм с подмогой от короля английского, Макдуф его поддержит. И Макбет боялся и ненавидел Макдуфа за это. В замке Дунсинейн собрались все таны, все шотландские дворяне — так повелел Макбет. Среди них и тан файфский, отважный Макдуф, который в другое время старался быть при дворе Макбета как можно реже. Однажды, в ясный день, король Макбет выехал со свитой за укрепления замка поглядеть, как справляются волы со своим грузом. Он увидел, что многие с трудом тащат наверх камень и бревна — слишком тяжела ноша, слишком знойный день и слишком крут подъем. И тут Макбет заметил, что одна пара волов так выбилась из сил, что опустилась на землю отдохнуть. Король впал в ярость и потребовал узнать, кто посмел прислать ему таких ленивых волов, которые не желают на него работать. Ответ был: — Владелец их Макдуф, тан файфский. — Пусть тогда тан файфский сам,— сказал король в великом гневе,— вместо своих ленивых волов впряжется в повозку с драгоценным грузом. В свите короля был друг Макдуфа. Незаметно он ушел с холма и поспешил к Макдуфу. Тот находился в зале замка, где шли приготовления к обеду. Услышав, что сказал король, Макдуф сразу понял, что медлить нельзя. Попрощавшись с другом и прихватив со стола один круглый хлеб, Макдуф покликал своих коней и слуг и поскакал скорее в родной файф. Он спешил туда добраться до того, как Макбет придет к обеду в свой замок. Кони Макдуфа летели быстрее ветра. Но вот беда! — он так спешил убраться поскорей из замка коварного Макбета, что не успел взять с собою денег. И когда он прискакал к большой переправе через реку Тэй, ему нечем было заплатить лодочнику. Что ж, лодочник согласился взять круглый хлеб за переправу. И с тех пор эта переправа так и зовется Хлебная. Наконец Макдуф прибыл в свой замок Кенновей неподалеку от Файфа. Первым делом он обнял жену и своих детей, потом велел стражникам закрыть ворота замка, поднять разводной мост и не впускать к себе ни короля Макбета, ни кого другого из его свиты. Затем направился в небольшую гавань рядом с замком и велел побыстрее оснастить парусник. Попрощавшись с женой и дав ей строгие наказы, Макдуф готов был к бегству от Макбета. Но Макбет и сам не медлил. Со своими воинами он был у ворот замка Кенновей раньше, чем Макдуф успел отплыть. Король призвал леди Макдуф открыть ему ворота и выдать мужа. Однако леди Макдуф, будучи женщиной не только храброй, но и мудрой, постаралась найти столько извинений и предлогов, что их хватило слугам-морякам, чтобы выйти в море. Только тогда она поднялась на стену замка и смело заявила королю: — Ты видишь в море белоснежный парус? То мой муж, Макдуф, плывет к королю Англии. Ты не увидишь его, пока он не вернется с принцем Малькольмом, чтобы свергнуть тебя с трона и предать смерти. Злись и беснуйся, но тебе так и не удастся накинуть воловье ярмо на шею благородного Макдуфа, тана файфского. И в самом деле, Макдуф благополучно доплыл до английских берегов и явился ко двору короля, чтобы присоединиться к свите принца Малькольма, сына доброго Дункана. Он убедил принца, что шотландцы уже устали от жестокости Макбета и будут только рады примкнуть к рядам Малькольма, если он поспешит вернуться в родные места. Не мешкая король английский дал армию отважных воинов, которых повел великий Сивард, граф Нортумберленский, чтобы помочь Малькольму, наследнику убитого Дункана, вернуть себе корону. И все случилось так, как предсказал Макдуф. Таны Шотландии и прочие дворяне оставили Макбета и перешли к Малькольму и Макдуфу. Макбет остался лишь с небольшой свитой тех, кто поклялся не покидать его. И заперся в укрепленном замке Дунсинейн. Он не пал духом и не страшился ничего, веря в предсказание вещуний. Наконец армия Малькольма и Макдуфа вступила в Бирнамский лес. Наутро по велению Макдуфа каждый воин отломил себе большую ветку дерева и под ее прикрытием двинулся на Дун-синейн. Ветки скрывали воинов, и враг не мог увидеть, как армия, большая или маленькая, движется на замок. Макбету сообщили, что противник расположился лагере в лесу. Но и тогда сердце его не дрогнуло, он считал, что остается в безопасности. Однако ближе к полудню часовой, стоявший на крепостной стене, заметил, что на замок Дунсинейн плавно, не спеша идет сам Бирнамский лес. Он бросился с известием к королю. Грозный Макбет сначала не хотел этому верить и даже пригрозил повесить испуганного вестника. Он сам поднялся на крепостной вал и, увидев то, что он увидел, понял, что пробил его час. Но храбрость и отвага не покинули его. С горсткой таких же храбрецов он вышел за ворота замка и кинулся навстречу судьбе. Он погиб в сраженье, скрестив мечи с самим Макдуфом. На трон Шотландии взошел Малькольм. Он правил долго и успешно. Макдуфа он щедро наградил и повелел, что отныне Макдуф и все его потомки всегда будут идти во главе шотландской армии — большая честь. И будут возлагать корону на будущих шотландских королей — честь и доверие. |