Чем занимаюсь я? Лежу, слабею, слушаю, как осенним голосом бормочет дождь за окном. Наплевать ему, что июнь, что летом не пристало ему старчески шепелявить и шамкать, что полагается ему летом шуметь голосом полным, грохочущим, свободным. Летний голос полноводного летнего дождя, ливня. Птицы не прячутся от него и продолжают ликующе вопить. Солнце светит, все сияет.
Тополя пахнут горько, сирень – сладко. И свежо – чисто вымытые трава и листья.
Трудно умирать в такой дождь.
Умирать, наверное, вообще, трудно. А еще труднее сделать это, не теряя достоинства, когда твое “ я “ - даже не унылое или мрачное, а просто умирающее “ я “ - вступает в вопиющее противоречие со сверкающим великолепием за окном.
Поэтому даже хорошо, что этот дождь такой занудный, такой осенний и нищий эффектами: он не отвлечет меня от моего важного занятия.
“ Не отвлекайтесь, мамаша!”.
Не отвлекаюсь.
Буду лежать вот так, в высоких подушках, смотреть, пока смотрится, в серое окно, слушать заумь дождя и думать, пока думается.
Смешно сказать, но я очень занятой человек – может быть, самый занятой на этом свете.
Мой сумасшедший бег по жизни прервался... Как это получилось, что я оказалась вовлечена в него? Ведь когда-то мне казалось, что всегда я буду идти не спеша рядом с беговой дорожкой. И лишь сейчас, когда нечто, или некто, так грубо и недвусмысленно остановил меня, я поняла, что всю жизнь неслась по этой дорожке, сама не помня, как оказалась на ней.
Бездарная суета будней, истерика праздничных хлопот, неистребимая повторяемость никуда не ведущих действий и ничего не объясняющих слов.
Дистанция впереди перестала быть соизмеримой с проделанным перемещением и неуклонно стягивается в точку, которая несется, приближается ко мне и дышит на меня своим – не холодом и не жаром (правильнее было бы: “нехолодом” и “нежаром”) - своим ничем, потому что в ней и нет ничего, но буду в ней – я.
Все останется здесь, на бесконечной дистанции: суета и спешка, нудь дождя и ликование лета, марафон и спринт.
Так мало осталось времени в моих часах...Интересно, что у меня: песочные, теряющие песчинки - мои секунды, минуты и часы - или клепсидра, истекающая не водой, но моей кровью?
Считанные, последние мои капли, песчинки бесшумно проваливаются в бездонную черную воронку – ах! как мало их, бедных, у меня, бедной, бедной временем, жизнью!
Но теперь-то я не расходую их по пустякам. Я очень занята теперь. По-настоящему занята по-настоящему важным делом: я вспоминаю.
.........................................................................................................................
...итальянская бухгалтерия – сальдо, бульдо....Применима ли она к целой жизни, какой бы та ни была? Все ли можно оценить и по какой шкале это делать, какой единицей измерять, от какого “ нуля “ отталкиваться – кто знает, кто объяснит?
Я сама так и не поняла, какой знак – плюс или минус – присвоить своей жизни....
............................................................................................................................................
...чем было мое состояние непрерывного и напряженного ожидания – счастьем или непроходимой глупостью? Не исключаю, что в глазах человека, уже ничего не ждущего, оно выглядело бы счастьем, но мне понять это уже не удастся, как не удастся оценить свою жизнь. Да и кому удается? Есть ли хоть один человек на свете, правильно оценивший свой успех на службе, любовную неудачу, неосторожное слово, пустяшную победу?
.....................................................................................................................................
Итальянская бухгалтерия требует сложения и вычитания. Подведение жизненных итогов вынуждает лишь вычитать, вычитать до тех пор, пока круглый невесомый нуль, бесплотное ничто, бесцветная пустота не ляжет неподъемным грузом в изнемогающие от усталости, от невозможности жить, руки, бессильно падающие вдоль бессильного тела, которое уже ничего не может, все расстраченное на достижение этого нуля, этой не имеющей веса, но такой бесконечно непосильной пустоты.
........................................................................................................................................
Перед тем, что надвигается на меня, все ничтожно, зрящно, мелко...Я вспоминаю, вспоминаю... Неврастения накатывает и отползает, апатия охватывает меня, но я вырываюсь из ее удушающих объятий – это апатия смерти, прочь! Уберись!
Я ищу,ищу,роюсь в своей жизни, чтобы найти в ней хоть крупинку, малое зернышко, которое могло бы перевесить нуль небытия....Я ищу.
С тех пор как ушёл Никогдавер, у меня появилось ощущение, что жизнь в ли.ру замерла.
Не то, чтобы это произошло с его уходом.
Но что-то с этим сязано.
Самые любимые мои - не лирушники, а люди. Люди близкие, ставщие родными, душевными друзьми, перестали показываться. А если и делают это, то не так как раньше, а как бы отмечаясь. Или говорят что-то такое, от чего весь день сама не своя.
Я тоже не пишу. Ощущение, что замерло что-то во мне.
То ли остановка, то ли невозможность.
И я думаю, думаю..
Мне не хватает тебя, Джоанна!
Вчера ночью смотрела в окно, и думала, что если не услышу тебя сегодня или завтра, напишу письмо.
Ничего не мешало мне и раньше его написать.
Но эта остановка...
Она никуда не даёт уехать.
Джоанна, а как же дворец для графини?
Разве ты забыла о нём?
Проснись, посмотри вокруг.
Мы ведь любим тебя. Очень.
urbis, я когда читаю, почему-то всё время представляю, что это ты о себе рассказываешь. Ну не знаю почему. Аж сердце замирает.
Вот и захотелось ответить так, как воспринимаю.
Птичка, спасибо за твои письма, они так греют душу! Ты права - все на Ли.ру затухает. Я теперь больше времени провожу в ЖЖ - там все, вот именно, живее. Никогдавер спрашивал у меня о ЖЖ. Может быть, он уже там, но инкогнито?
Там много теплых людей. И общаться удобнее чисто технически. Я читаю здесь ленту, и мне грустно: ты почти исчезла, нет Горжетки, Шляпа Трилби пишет какую-то ерунду, Рустамка стал меньше писать... Комментят меня все меньше: здешний ресурс плохо переносит мои глобальные тексты, тем более, что невозможно создать лист всех ссылок, который будет виден всегда. Тексты уходят вглубь дневника и теряются. Как читать повесть, если первые главы нужно искать полчаса?
Если честно, то я забыла про дворец для графини. Напомни, пожалуйста. Столько пишу, что просто перестаю помнить то, что к писанине не имеет отношения.
Как тебе сказать... что-то обо мне здесь есть, конечно, но и вымысел присутствует.
Графиня - это по поводу дворца в Ливадии )
А надо же, что мне так удалось угадать
Наверное потому, что ты правду пишешь.
Тогда это уже не угадывание получается.
Знаешь, я иногда так забывалась, когда читала, что думала только как о Тебе, переживала за Тебя, и думала, чтобы такое сказать, чтобы помогло или разделило радость. Выпадала из реальности, и только много позже соображала, что это не совсем о тебе. С удивлением и недоумением. Мне всё равно казалось, что это о тебе, просто ты скрываешь.
Если Никогдавер появится в ЖЖ и напишет тебе комментарий - хотя бы один, тут-то мы его и вычислим )
И вцепимся )
Я тогда туда пойду.
Где он.
Тут тоже буду немножко. Но больше ради тех, кого успела полюбить.
Про ливадийский дворец... Там работает герой моей повести " Куба - любовь моя".
Я ведь думала, что его в живых уже нет. Иногда я задаю в поиске имена родных и знакомых, просто, чтобы посмотреть, есть они там или нет, или когда ищу кого-нибудь. Полгода Янедкс ничего мне не выдавал, а в тот раз, когда я попросила тебя узнать телефон, вдруг выдал ссылку, где было имя этого человека.
Я позвонила - это он, живой и невредимый.
Представляешь?
Прочел повесть - понравилась.
Просто мексиканский сериал.
urbis, я уже писала сюда комет, да видать попала под старый сервис - нету что-то его тута...
Ты знаешь, что на ли.ру новый сервер?
И пока тьфу, тьфу, тьфу... )))
Я говорила, что была очень потрясена твоими словами.
Что представляла, как ты заводишь имена, ищешь, ждёшь...
И он, герой...
Кажется, я тоже начну так делать.
Искать кого-то, как ветра в поле...
Зато как радоваться удаче :)