Русское деревянное зодчество

 

Северо-западные земли

 

Зодчество северо-западных земель имеет новгородские корни. К чертам древней новгородской традиции относятся, например, ступенчатые и восьмискатные покрытия храмов, впрочем, распространившиеся и в другие земли. Постройки Псковской области поздние и малочисленные, испытали влияние белорусских и украинских традиций (Воскресенская церковь в Теребенях).

Церковь Николая Чудотворца из Тухоли (Новгородская обл.). 1680-е гг. Пример древненовгородских традиций (ступенчатая крыша, высокий сруб)

Сибирская старообрядческая усадьба из Надеина (Бурятия). XIX в.

Средняя Россия

Постройки среднерусской деревни имеют куда более мягкие и приветливые черты в сравнении с архитектурой Севера. На их облик большое влияние оказало Поволжье, откуда распространилась лёгкая кружевная резьба, вытеснив скромный орнамент. Для жилых домов средней полосы характерно большое количество перестроек, исчезновение традиционных черт. Типичный пример древнего среднерусского храма — Воскресенская церковь из села Билюково в Плёсе с высокой клинчатой кровлей. В дальнейшем распространились ярусные и купольные храмы. Среднерусские храмы XVII века обладают более дробной и сложной композицией, чем современные им северные, часто завершены миниатюрным пятиглавием. Пример ярусного храма XVIII века — Георгиевская церковь в Веретьеве с сомкнутым покрытием на 8 скатов. Как у многих здешних церквей, её верхние ярусы открыты и имеют окна. От XIX века неплохо сохранилась деревянная архитектура Нижнего Новгорода и других городов.

Южная Россия

Для южнорусских деревянных церквей характерна относительная скромность и простота, здесь почти не было сложных по композиции многоглавых храмов. Хотя завершение собора в Острогожске решено было довольно оригинально: «…поставлено на клетке две главы, круг глав шесть бочек, а обиты главы и бочки дубовою чюшаею». Основной тип церковного здания в южнорусских городах XVI—XVII веков — клетский храм. Позднее получили распространение колокольни и шатровые храмы типа восьмерик на четверике. В XVIII—XIX веках такие храмы покрывались куполом с главкой.

Урал

Крестьянские усадьбы южной части Среднего Урала схожи с усадьбами Средней России и Поволжья. Дома более северных регионов сформировались под влиянием Русского Севера. В отличие от своих северорусских аналогов, у них меньшие размеры, нет чердачных светёлок, богатых наличников, балконов и галерей. Как и в Сибири, дома на Урале отличаются суровостью и лаконичностью форм. В уральских усадьбах широко применялись изделия из металла в декоре, сочеталось просечное, кованое железо с резьбой по дереву.

Сибирь

В сибирском деревянном зодчестве сохранились некоторые черты древнерусского зодчества; во многих постройках соединились русские традиции и строительная культура местных народов. В Сибири уцелели конные мельницы, оборонные амбары. Особое место в сибирском зодчестве занимает крепостное строительство, до наших дней дошли башни Бельского, Казымского, Илимкого, Братского острогов. Сибирские крестьянские усадьбы схожи со средне- и северорусскими, но имеют скупой декор и более замкнутый характер: окружены высокими глухими заборами, на красную линию вместе с фасадом дома выходят глухие стены хозяйственных построек. В Сибири существовали различные типы храмов. С XVIII века они утратили стилевое единство со средне- и северорусскими аналогами, подвергнувшись влиянию столичной и украинской архитектуры. Сибирское зодчество оказало влияние на архитектуру Русской Америки.

Изучение и сохранение памятников

А. Т. Жуковский. Чертёж западного фасада Воскресенского собора Колы (Мурманская обл.)  =>>

Деревянное зодчество долгое время не вызывало интереса у исследователей. Оно воспринималась как заурядный атрибут поселений, не заслуживающий внимания и даже не включаемый в сферу искусства. Не считая древние постройки ценными, их ликвидировали под предлогом ветхости, перестраивали.

Памятники деревянного зодчества стали привлекать к себе внимание исследователей во второй половине XIX века на волне пробуждения интереса к народной культуре. В 1850-х годах были опубликованы материалы о Воскресенском соборе города Кола и о памятниках Олонецкой губернии. Почин систематическому исследованию деревянного зодчества положил академик Л. В. Даль в 1870-х годах. О том, насколько мало в то время было известно об истории русской архитектуры, говорит известный исторический курьез: в 1871 году Академия художеств командировала Л. В. Даля изучать памятники Индии, поскольку руководство Академии искренне полагало, что «индийская архитектура есть прототип русской». Но Индию академик так и не посетил. По результатам своих поездок на Русский Север он написал ряд трудов, в которых доказывал необходимость изучения памятников на родной земле. Программа такого изучения была продолжена после смерти Л. В. Даля целым рядом исследователей, среди которых особенно выделяется В. В. Суслов. В своём очерке «О древних деревянных постройках северных окраин России» он писал:

• …изучение здесь древнего деревянного зодчества, укажет нам более верный путь к пониманию сохранившихся образцов каменной архитектуры и тем заставит внести в современное искусство из старинных форм элементы, наиболее подходящие к духу народа, преданиям и практическим потребностям. Откладывать исследование памятников нашего далёкого Севера даже преступно: время, неумолимый сокрушитель, висит дамокловым мечём над немыми свидетелями глубокой старины, и уже близка пора, когда они бесследно исчезнут с лица Русской земли и навсегда сокроются от летописей и преданий народной жизни.

Труды В. В. Суслова основаны на гораздо более широком круге памятников, чем было доступно поздним исследователям, поэтому до сих пор представляют для науки немалый интерес. Вслед за учёными и архитекторами потянулись на Русский Север живописцы, открывшие широкой общественности эту сокровищницу русской культуры: А. Е. Архипов, И. Я. Билибин, В. М. Васнецов, А. М. Васнецов, И. Э. Грабарь, В. В. Верещагин, К. А. Коровин, М. В. Нестеров, В. А. Серов.

В. А. Плотников. «Дом крестьянина в деревне Шелекса Архангельской губ.». 1915 г.

И. Я. Билибин. «Село Подужемье Кемского уезда Архангельской губ.». 1904 г.

В. В. Верещагин с сожалением отмечал, что крестьяне своих старых храмов не ценят, а священники стыдятся и отдают предпочтение «новой аляповатой, каменной постройке, с раззолоченными выкрутасами». Тот же лейтмотив в статье И. Я. Билибина «Народное творчество Русского Севера». Воззвания интеллигенции были услышаны, и в начале XX века изучением и охраной памятников занялась Императорская археологическая комиссия.

В 1910 году вышел в свет первый том «Истории Русского искусства». И. Э. Грабарь в соавторстве с Ф. Ф. Горностаевым написал для него главу «Деревянное зодчество русского Севера». Она сопровождалась большим числом иллюстраций, сделанных самими авторами, И. Я. Билибиным, В. В. Сусловым и чертежами последнего.

Итогом работы дореволюционной науки стал обобщающий труд — первый том «Деревянное зодчество» в «Курсе истории русской архитектуры» М. В. Красовского. Он был написан во время Первой Мировой войны и вышел в свет в 1916 году. Поначалу исследователи обращали внимание в основном только на культовое зодчество, но работы М. В. Красовского и других исследователей 1910-х годов уже начинали обозревать постройки крестьянской усадьбы. Основной задачей в начале XX века были поездки и накопление материала. Об этом в 1920-е годы писал И. Э. Грабарь:

• Мы все ещё слишком мало собрали и потому слишком мало знаем, чтобы решать сложные и спорные вопросы о происхождении и эволюции отдельных типов и форм, и даже хотя бы серьёзно систематизировать собранное: пока надо только ездить, фотографировать, зарисовывать, собирать эти исчезающие с каждым годом бесподобные вещи…

В 1917—1941 годах темпы изучения деревянного зодчества заметно снизились. Существенный урон культурному наследию нанесли закрытия храмов в ходе борьбы власти с религией и разрушения во время Великой Отечественной войны.

Отрицательные качества дерева — недолговечность и горючесть. Деревянные здания быстро гнили, часто горели, поселения постоянно перестраивались. Жилые дома на Руси редко переживали возраст 120 лет, неотапливаемые храмы — максимум 350 лет. Дольше — крайне редко и только при условии, что сруб за это время перебирался. На помощь исследователям ранних этапов развития зодчества пришла археология: почвы с повышенной влажностью предотвращают гниение древесины, консервируя её на многие века. В реконструкции облика древних построек также помогают их описания в летописях, рассказах путешественников, порядных записях, изображения на планах и иконах.

Широтой охвата темы и подробностью анализа гражданского и культового зодчества характеризуется книга С. Я. Забелло, В. Н. Иванова и П. Н. Максимова «Русское деревянное зодчество», вышедшая в 1942 году в Москве — в разгар войны, когда обострённое национальное самосознание побуждало общество обращаться к самобытным формам русской культуры. Крестьянской усадьбе посвящено несколько монографий середины XX века (А. Е. Ащепкова, Е. Э. Бломквист, И. В. Маковецкого). Ведущим специалистом в послевоенный период изучения деревянного зодчества был А. В. Ополовников.

В 1970-е годы с «осознанием истинной ценности деревянного зодчества» началась масштабная паспортизация памятников. В 1980-х годах вышли работы Ю. С. Ушакова о пространственной организации застройки. В настоящее время одним из ведущих исследователей деревянного зодчества является академик В. П. Орфинский. В соавторстве с И. Е. Гришиной им написана отличающаяся особой глубиной проработанности темы «Типология деревянного культового зодчества Русского Севера».

В 1990 году Кижский погост вошёл в Список ЮНЕСКО.

 

Современное состояние памятников

Часть 1  , Часть 2 , Часть 3 , Часть 4 , Часть 5 , Часть 6 , Часть 7 , Часть 8 , Часть 9 , окончание