Русское деревянное зодчество
Развитие церквей
С распространением христианства на Руси возникла потребность в широком строительстве церквей, которая не могла быть удовлетворена в полной мере одними лишь каменными постройками. Развитие деревянного церковного зодчества на древнейших его этапах представляется во многом непонятным и неопределённым, особенно в среднерусской полосе, где почти все сохранившиеся памятники относятся к очень позднему времени. Но исследователи сходятся во мнении, что оно складывалось под влиянием каменной храмовой архитектуры, оборонительного и жилого строительства. Видимо, уже древнейшие деревянные храмы ориентировались на византийский канон трёхчастной структуры. Из археологических находок, обобщённых в монографии О. М. Иоанисяна, и летописных источников можно сделать ряд выводов об их облике. Уже в домонгольское время существовали различные объёмно-планировочные и конструктивные решения церквей. Большинство из них составляли: квадратные в плане срубы, в которых находились и наос, и алтарь; и двухсрубные церкви с отдельным квадратным срубом алтаря.
Исследователи предполагают, что трёхчастные византийские алтари заменили одноапсидным алтарём вскоре после Крещения Руси. Судя по всему, существовали как центрические, так и продольные объёмно-пространственные композиции. Изучая древние рисунки, можно предположить существование сложных восьмискатных и ярусных завершений. По рисункам и археологическим находкам видно, какое значительное влияние на эти постройки оказала каменная архитектура, но зодчие не копировали её приёмы точь-в-точь, а перерабатывали, учитывая специфику дерева, им приходилось избегать сложных криволинейных поверхностей: спрямлять полукружия апсид, придавая им угловатые формы, и перерабатывать позакомарные покрытия, превращая их в треугольные фронтончики как, например, у пятиглавой церкви Бориса и Глеба 1026 года в Вышгороде.
Отсутствие фресок в деревянном интерьере могло компенсироваться большим количеством икон (многоярусные иконостасы затем стали характерной чертой русских церквей). Большие деревянные церкви уже в то время производили сильное впечатление. Успенский собор 992 года в Ростове летописец описывал как «дивную великую» церковь, «якой же не было николи же не будет». Сложную композицию должен был иметь Софийский собор «о тринадцати верхах» (13 глав ?) 989 года в Великом Новгороде. Не исключено, что в период самостоятельности Великого Новгорода происходило взаимовлияние деревянного зодчества Скандинавии и Руси. По мнению А. Б. Бодэ, под русским влиянием в Скандинавии могли появиться церкви с крещатыми планами и завершениями (например, ставкирка в Увдале), а ярусные прямоугольные завершения в русском зодчестве могут иметь скандинавское происхождение.
Церковь Лазаря из Муромского монастыря в Кижах (Карелия). Конец XIV в. (?) Возможно, древнейший памятник русского деревянного зодчества
Наиболее ранним и крайне распространённым в древности типом считаются клетские храмы. Их содержание определил византийский канон, но внешнюю форму они получили от изб и/или от гипотетических языческих храмов[215]. В качестве прототипов древнейших храмов Севера также называют культовые амбары и примитивные постройки с недифференцированными стенами и покрытиями, а затем — с низким срубом и пологой крышей. Древнейшие клетские храмы часто не имели даже главы, обязательного атрибута православной церкви, и внешне мало чем отличались от жилых построек. Пример этому — церковь Ризоположения из села Бородава, построенная в 1485 году. Это древнейшая точно датированная деревянная постройка из сохранившихся до наших дней на территории России. Её трапезная, наос и алтарная часть крыты разновысотными самостоятельными кровлями. Клетскую церковь Лазаря из Муромского монастыря часто датируют концом XIV века. Если датировка верна, то это древнейший памятник русского деревянного зодчества. Сохранился он благодаря тому, что долгое время стоял внутри церкви-футляра. О сильной архаичности памятника говорит не только лаконичный архитектурный образ, но и плотницкие приёмы: формы врубок, конструкции дверей и окон, отсутствие чердачных перекрытий в алтаре и притворе, грубоватая обработка древесины. Конструкция клетских церквей заключала зодчих в узкие рамки композиционного построения. Ради выделения их из жилой застройки они повышали высоту сруба и ставили церкви на подклет, увеличивали высоту и крутизну кровли, изменяли её конструкцию. Эти стремления наглядно видны в Георгиевской церкви в Юксовичах 1495 года.
Шатровые храмы тоже имеют древнее происхождение. Скорее всего, они существовали уже в домонгольское время. А. И. Некрасов считал, что храмоподобный столп был заимствован от языческих святилищ. Н. И. Брунов прообразом шатра называл курганы. В восьми гранях шатра находят богородичный символизм, а завершавшиеся шатрами храмы «о двадцати стенах» (такой план имела Успенская церковь 1290 года в Великом Устюге) назывались «круглыми», поскольку имели центрическую композицию и могли быть связаны с солярной семантикой. Нельзя не отметить и функциональное значение шатра. Он стал аналогом купольного завершения (купол весьма трудно сделать из дерева), которое Русь переняла от Византии, и позволил легко решать возвышенные композиции. Наконец, шатёр — наиболее очевидное завершение восьмигранного сруба, который был одним из способов увеличить площадь молитвенного помещения. Возможно, имело место влияние оборонительного строительства. Наиболее древними шатровыми храмами считаются храмы с шатром на четверике, столпообразные храмы, храмы «о двадцати стенах», храмы с крещатыми планами. Известно, что высокие столпообразные деревянные церкви были распространены в Москве XIV века. Древнейший сохранившийся шатровый храм — Никольская церковь в Лявле 1580-х годов. В её основе — восьмерик с двумя прирубами. Она имеет тяжеловесный широкий силуэт и довольно низкий шатёр, что характерно для ранних шатровых храмов. Сохранившиеся шатровые храмы XVI века имеют центрическую вертикальную композицию. Они объединены идеей всефасадности, что является одной из главных тенденций и в каменном зодчестве того времени. Предполагалось происхождение русских каменных шатров от деревянных. Теория, согласно которой формы каменных храмов были заимствованы от деревянных, доминировала до 1980-х годов. В последнее время весомые обоснования находит противоположная точка зрения.
Различия архитектурных особенностей северных храмов объясняются тем, что Север осваивался двумя волнами колонизации: новгородской и среднерусской (московской). Новгородцы положили начало освоению Севера ещё в XI—XII веках. В XIII—XV веках их влияние было наиболее сильно, в этот период все северные территории были соединены торговым путём с Великим Новгородом. Но после объединения Руси приоритетными стали торговые пути по Онеге и Северной Двине в сторону Белого моря, по которым распространялось влияние среднерусского зодчества. На его основе затем стали возникать местные традиции, а новгородское наследие уходило в прошлое.
Никольская церковь в Лявле (Архангельская обл.). 1580-е гг. Старейший сохранившийся шатровый храм
Успенская церковь в Кондопоге (Карелия). 1774 г. Один из лучших памятников «шатрового стиля»
XVII век в русской истории ознаменовался оживлением общественной жизни и коренным изменением эстетики русского искусства. Деревянные церкви этого столетия имеют более сложную композицию силуэта и плана, более нарядные интерьеры в сравнении с простыми и суровыми постройками прежних веков, в их облике выразилась склонность русского искусства XVII века к бо́льшей декоративности и живописности, хотя пластическая проработка фасадов ещё оставалась довольно сдержанной. Увеличивались размеры храмов, чаще устраивались торжественные крыльца. XVII век — начало активизации мирских традиций в деревянном зодчестве. Особенно ярко они проявились в устройстве вместо притворов больших широких трапезных, имевших функцию общественного центра поселения. К XVII веку относят появление и распространение нескольких типов храмов.
С начала века ведущим подтипом шатрового храма становился восьмерик на четверике. Судя по всему, такие храмы существовали до XVII века и имели распространение близкое к центральным районам страны. По мнению Г. В. Шевцовой, они имеют с аналогичными украинскими храмами общие корни. Во времена Древней Руси эта древняя сакральная форма могла быть заимствована из каменной византийской или закавказской архитектуры. В середине 1650-х годов патриарх Никон нанёс запрет на строительство шатровых храмов. Причина до сих пор точно не ясна, но, по наиболее распространённой версии, Церковь стремилась приблизить культовую архитектуру к византийским образцам. Некоторые современные исследователи подвергают сомнению существование такого запрета или считают, что он имел избирательный характер. Так или иначе, но с середины века шатровые храмы в средней полосе уступали место ярусным церквам и храмам с четырёхскатной кровлей. В конце XVII века появились храмы с шатром на крещатой бочке, многие из которых построены артелью И. Прокофьева. Они объединили традиционный шатёр с насаждаемым церковным руководством пятиглавием. С попыткой обхода запрета Никона связывают и строительство многошатровых храмов, хотя пяти- и девятишатровые храмы строились и до никоновских реформ.
Ярусные храмы видимо существовали и до XVII века: есть сведения о недошедшей до нас церкви в Ниловой Столбенской пустыни 1595 года с ярусными восьмискатными покрытиями. По распространённой версии, русские ярусные храмы происходят из Украины, присоединённой в 1654 году. Действительно, по направлению к северу число ярусных построек уменьшается. Искусствоведы отмечают: ярусные церкви одновременно и продолжили древнерусскую тенденцию к высотности (не используя при этом запрещённый шатёр), и отразили новое требование искусства XVII века к расчленённости художественной формы.
Хотя в отдалённых северных регионах шатровые церкви, в том числе с восьмериком на четверике, продолжали строиться и после запрета шатра, но даже там зодчие были вынуждены искать ему замену. Так в середине XVII века на Белом море появились кубоватые храмы. Наиболее ранний известный кубоватый храм — Пятницкая церковь в Шуерецком 1666 года. Ранние кубоватые завершения отдалённо напоминали четырёхгранный шатёр. Рождение нового типа храма могло быть связано с активной архитектурной деятельностью Никона, основавшего монастырь на Кий-острове. Патриарх много времени провёл и в Соловецком монастыре, со строительной традицией которого, как предполагает Е. В. Ходаковский, могло быть связано кубоватое завершение. Значение кубоватых церквей для истории деревянного зодчества заключается в обогащении приёмов завершения церковных построек. Появились трёхчастные ансамбли, где кубоватые церкви дополняли колокольню и шатровый храм (в том числе ансамбль Турчасовского погоста, завершивший расцвет зодчества Поонежья). Ни один из подобных ансамблей не сохранился в целости.
Ансамбль Турчасовского погоста (Архангельская обл.). 1780—1790-е гг. Вершина развития поонежского зодчества
В XVII веке вновь распространились, особенно по берегам Северной Двины, многоглавые храмы. Вначале это были девятиглавые постройки. Они предварили собой появление многоглавых церквей XVIII века, в основе композиционного построения которых лежал ярусный принцип. Главные шедевры этого направления: утраченная 24-главая Покровская церковь в Анхимове под Вытегрой 1708 года и 22-главая Преображенская церковь Кижского погоста на Онежском озере 1714 года. По своему плану они относятся к церквам «о двадцати стенах». Судя по всему, они созданы одной артелью. Все композиционные недочёты анхимовского храма исправлены в Преображенской церкви, ставшей самым известным и почитаемым памятником русского деревянного зодчества, всемирно известным символом русской культуры. В ней объединились едва ли не все основные линии развития русского зодчества. Год её постройки совпал с исходом Северной войны, что, возможно, повлияло на народные легенды о причастности к строительству Петра Великого.
Развитие храмов шло по пути усиления геометрической упорядоченности и регулярности. В Новое время на фоне ужесточения церковно-государственного контроля за храмостроительством потеряли свою мирскую роль трапезные. А усиление канонических требований, связанных с трактовкой протяжённости храмового пространства вдоль функциональной оси как символического пути из мира дольнего к горнему, предопределило удлинение и сужение предхрамья, распространение равноширокой продольно развитой объёмной композиции. Таким образом, деревянные храмы в построении основных объёмов проделали путь от равношироких объёмов к разношироким храмам (с широкими трапезными) и затем снова к равношироким. Продолжающееся в XVIII веке влияние украинского и южнорусского зодчества проникло в провинциальное строительство. Считается, что с ним связано распространение купольных покрытий. В Поважье купольные покрытия часто имели луковицеобразную форму, она напоминала традиционные русские главы, поэтому могла иметь не только украинские, но и местные корни, будучи адаптацией кубоватого покрытия к восьмерику. Черты украинского зодчества зафиксированы даже в Сибири.
С конца XVIII века начался поздний период в развитии культового деревянного зодчества. Для него характерно уважение к традиции и в то же время её интерпретация, смелые инновации. На Севере деревянное зодчество достигло наибольшего развития, там сохранилось наибольшее число памятников. Причины этого усматриваются в незатронутости Севера монгольским нашествием, отсутствии крепостничества, удалённости от богатых и промышленно развитых районов (там лучше развивалось каменное строительство), обширных и качественных лесных ресурсах. Немаловажно и ослабление связей северных губерний с центром в XVIII веке, что способствовало сохранению и саморазвитию раннее привнесённых и укоренившихся тенденций. В конце этого столетия, когда Петербург уже давно застраивался в духе новой классицистической архитектуры, в соседних северных регионах продолжали возводить традиционные постройки, например, Благовещенская церковь в Турчасове с типично древнерусским шатром. Вершиной развития деревянного шатрового зодчества считается отличающаяся особым изяществом силуэта Успенская церковь в Кондопоге. Она построена в 1774 году в память о жертвах Кижского восстания, представляет собой восьмерик на четверике с трапезной. По мнению А. В. Ополовникова, это лучший памятник деревянного зодчества. На рубеже XVIII и XIX веков храмовое зодчество уже испытывало сильное влияние городской барочной и классицистической архитектуры.
Повал, обшитый и превращённый в карниз. Пример «поновления» древних храмов в духе эклектики XIX в.
Проект церкви в русском стиле. 1870-е гг.
Традиция деревянного храмового зодчества русского народа была подорвана двумя правительственными указами. В 1826 году вышел указ «О Правилах на будущее время для строений церквей», сделавший обязательными типовые проекты, составленные согласно с «правилами архитектуры». Они должны были утверждаться в губернских органах духовной и гражданской администрации. Указ 1838 года предписывал не отпускать лес на постройки, которые не проверили в строительном отделении при губернском правлении. С этого времени облик деревянных церквей приобретает «городской» вид, постепенно исчезают традиционные формы народной архитектуры, которые не могли быть утверждены губернскими архитекторами, тем более, что государство в это время громило старообрядцев и традиционная архитектура стала считаться «раскольничьей». Во второй половине XIX века шла повсеместная переделка старых церквей в духе эклектики: косящатые окна заменялись широкими арочными, стены обшивались тёсом и окрашивались, повалы превращались в карнизы с модульонами и триглифами, а лемеховые кровли зашивались железом. В отдалённых поселениях по инерции иногда строились деревянные храмы, в которых наряду с новой архитектурой проявлялись и черты старого зодчества, например, кубоватое завершение (пятиглавые Преображенская церковь в Нименьге, Богоявленская церковь в Поле и т. д.), в отдалённых поселениях и скитах возведение клетских храмов продолжалось вплоть до конца XIX века, долгое время традиционные формы сохраняли часовни и колокольни.
В конце 1980-х годов, после 70-летнего перерыва, деревянное храмостроительство возобновилось. Многие архитекторы в своих проектах придерживаются основных принципов традиционного деревянного храмостроительства (хотя от традиционных образцов современные постройки сильно отличаются). Нередки призывы искать новые современные формы
Продолжение следует ...
Колокольни
Часть 1 , Часть 2 , Часть 3 , Часть 4 , Часть 5 , Часть 6 , Часть 7 , Часть 8 , Часть 9 , окончание