Развитие жилых построек
Славянское поселение X в. в Любытине (Новгородская обл). Реконструкция. Дома однокамерные, но некоторые имеют галерейки при входе, которые могли послужить прообразом сеней
Древнерусские жилища различной конструкции с углублённым полом преобладали в южных регионах. На севере были распространены наземные срубные дома. К XIII веку они, несмотря на отдельные находки жилищ с углублённым полом, преобладали там повсеместно и распространились даже в зоне лесостепи.
Существенные изменения жилища претерпели в первые века Древнерусского государства. Перестало быть обязательным ориентирование стен по сторонам света. Уже выделялись, по мнению М. Г. Рабиновича, 4 типа внутренней планировки жилого помещения[85]. Перемещение печей среднерусских и северных жилищ в ближний ко входу угол должно было привести к смещению входа ближе к боковой стене и появлению асимметричной композиции фасадов. По мнению А. Б. Бодэ и О. А. Зининой, далее появились окна на ближайшей ко входу боковой стене. Она, вероятно, приняла на себя роль главного фасада. Важным этапом стало появление второго помещения со стороны входа — сеней срубной или облегчённой каркасной конструкции, которые могли развиться из навеса или галерейки. В X веке такие двухкамерные дома уже существовали в псковско-новгородском регионе и в Киеве, хотя и составляли в целом меньшинство. Совсем редки были, даже в крупнейших городах, пятистенки, избы-двойни и трёхкамерные дома. Большинство же построек составляли однокамерные квадратные избы 4-5 м шириной. К. Мошинский и Е. Э. Бломквист придерживались гипотезы о происхождении трёхкамерного жилища непосредственно из однокамерного путём устройства сеней между двумя срубами. Впрочем, по более поздним периодам домостроения известно, что трёхкамерное жилище могло развиваться из двухкамерного. В этот период появился особый тип жилищ — срубные строения, связанные с конструкцией оборонительного вала. По летописям также известны боярские и княжеские дворцы с многочисленными помещениями разного назначения.
Сруб древнерусского жилища возводился из сосны, реже ели. Совсем редко наряду с ними применялись лиственные породы. Срубы обычно ставили без фундаментов, иногда утепляя завалинками. Полы, как правило, были дощатыми, в «полуземлянках» также земляными. Сложно поддаётся реконструкции верхняя часть жилища. Ряд свидетельств позволяет говорить о существовании двухэтажных домов или домов с подклетами, но в массе своей жилища были одноэтажными. Окна — волоковые или отсутствовали вовсе. Скатные крыши, покрытые землёй, упоминал арабский географ начала X века Ибн Руста:
- Холод в их стране бывает до того силен, что каждый из них выкапывает себе в земле род погреба, к которому приделывает деревянную остроконечную крышу, на подобие христианской церкви, и на крышу накладывает земли. В такие погреба переселяются со всем семейством, и взяв несколько дров и камней, зажигают огонь и накаляют камни на огне до красна. Когда же раскалятся камни до высшей степени, наливают их водой, от чего распространяется пар, нагревающий жилье до того, что снимают уже одежду. В таком жилье остаются до весны.
Пролить свет на древнейшие периоды развития жилой архитектуры могут археология, письменные источники, а также изучение старинных бань, амбаров, охотничьих избушек, в которых, как считают учёные, долгое время сохраняются архаичные архитектурно-конструктивные приёмы. Дома феодалов заметно выделялись на фоне избушек обывателей. Особенно необычные боярские дома XII—XIII веков раскопаны в Новогрудке. Их стены изнутри были оштукатурены и расписаны, снаружи обмазаны глиной. Окна имели стекольное заполнение и кирпичные арочные перемычки.
Лесная избушка дровосеков. Подобные постройки сохранили в себе многие черты архаичных жилищ
Подлинные остатки однокамерных построек ремесленного посада XIII в. (стены зафиксированы современными специальными устройствами) в музее «Берестье»
Хорошо изучена застройка Великого Новгорода и Киева. В Киеве раскопаны каркасно-столбовые жилища с углублённым полом и срубные дома. К XI — началу XIII века относится массовое строительство двухкамерных срубных домов. Обращают на себя внимание их мощные лежневые и свайные фундаменты под углами. В некоторых домах обнаружена необычная конструкция сеней: они не имели первых венцов, а опирались свободной стороной на стойки. Продуваемое пространство под ними могло использоваться в хозяйственных целях.
Новгородские жилые дома X века представляли собой одно- и двухкамерные жилища. В ранних слоях обнаружено небольшое количество сооружений каркасно-столбовой и срубно-столбовой конструкций. В слое XI века открыта часть деревянного здания, намного превышавшего размеры всех прочих новгородских срубов (возможно, это часть дворца Ярослава Мудрого). В XII—XIII веках в Великом Новгороде начался массовый переход к строительству домов на высоких подклетах и полноценных двухэтажных домов в крупных усадьбах, получили распространение хоромные комплексы, избы-двойни, трёхкамерные избы-связи. Ярким примером хоромного комплекса является построенная в 1150-х годах усадьба, принадлежавшая, скорее всего, иконописцу Олисею Гречину. Основой её хором была двухкамерная срубная постройка площадью 63 м², предположительно, двухэтажная с покоями владельца и мастерскими. К ней был приставлен небольшой каркасный сарай. С другой стороны к дому примыкала постройка с сенями, покоившаяся на очень мощных столбах и покрывавшаяся лемехом. В выполненной Г. В. Борисевичем реконструкции это трёхэтажная башнеобразная повалуша. Согласно исследованиям А. А. Шенникова, средневековые повалуши несли оборонительную функцию и имели повалы.
<<= Повалуша хором Строгановых в Сольвычегодске (Архангельская обл.) была завершена бочкой. 1565 г.
В. К. Козюбой предложена следующая реконструкция южнорусского сельского жилища с заглублённым полом XI—XIII веков. Постройка имеет сени и основное помещение с заглублённым полом. Стенки котлована были укреплены досками, прижатыми столбами. Бревенчатые стены постройки стояли снаружи котлована почти впритык к его стенке. Внешне такое жилище не сильно отличалось бы от обычных наземных срубов.
М. Г. Рабинович, рассматривая вопрос о различиях в домостроении южных и северных регионов, заключал, что конструктивные особенности связаны в первую очередь с наличием в данной местности того или иного материала. Д. А. Авдусин предполагал, что строительство «полуземлянок» могло быть связано с особенностями грунта, например, в Великом Новгороде с его сырыми почвами не было заглублённых жилищ, зато они существовали рядом в сухой местности Перынь. Что касается деревенского домостроения, то в науке устоялось мнение, что в X—XIII веках оно мало отличалось от домостроения крупных городов. М. Г. Рабиновичем сделан вывод, что городское древнерусское жилище этого периода генетически происходит от деревенского.
Основной единицей городской и деревенской застройки средневековой Руси была усадьба-двор. Усадьбы феодалов окружались частоколом, в глубине их двора, в окружении хозяйственных построек, стояли жилые дома барской семьи и челяди. Фронт застройки средневековой городской улицы имел вид ряда заборов, прерывавшихся воротами, глухими стенами хозяйственных построек и фасадами жилых домов ремесленных усадеб. Плотность застройки способствовала частым пожарам, порой выжигавшим деревянные города без остатка. Уже в XIII—XV веках, по мнению М. Г. Рабиновича, сложилось разделение на северные усадьбы с крытым двором, вплотную примыкающим к жилью, и усадьбы с открытым двором на юге. О деревенском жилище этого периода известно мало. Развитие его планировочного решения, как и у городских домов, шло по пути увеличения количества помещений. Многие дома, особенно в северных регионах, имели подклет, отделявший избу от холодной земли. Дома без подклета утеплялись подсыпкой.
К XIII—XV векам уже сложилась типичная схема русских хором в 3 этажа: нежилой подклет; основной жилой этаж; третий этаж, где располагались светлицы (обычно холодное, но светлое, с косящатыми окнами помещение для женских работ) и терема (верхние парадные помещения, венчавшиеся яркой фигурной кровлей) с гульбищами. Характерны были повалуши и крытые парадные галереи на втором этаже, называвшиеся сенями.
В южных регионах Руси в послемонгольский период, вероятно, из-за уменьшения лесного покрова, получили широкое распространение турлучные, глинобитные, саманные жилища. На их основе со временем сформировалось традиционное жилище украинской и южнорусской деревни — хата.
XVI—XVII века — период интенсивного строительства. Англичанин Дж. Флетчер в XVI веке писал:
- Деревянная постройка для русских, по-видимому, гораздо удобнее, нежели каменная или кирпичная, потому что в последних больше сырости и они холоднее, чем деревянные дома, построенные из сухого соснового леса, который больше дает тепла. Провидение наградило их лесами в таком изобилии, что можно выстроить порядочный дом рублей за 20-30 или немного более даже там, где мало леса. Неудобны же деревянные строения особенно тем, что могут сгореть…
Жилые дома на фрагменте плана Тихвинского посада (Ленинградская обл.). 1678 г. Слева вверху — трёхкамерные избы-связи на подклетах
Деревня Зайцево (Новгородская обл.). 1660-е гг. Альбом А. Мейерберга
В этот период росло число хозяйственных построек усадеб. В городах распространились белые избы, четырёхстенки с сенями и трёхкамерные дома. Наиболее распространённым вариантом трёхкамерного дома стала изба-связь, у которой изба, сени и клеть последовательно расположены на одной оси, образуя дом-брус. В северных регионах и в средней полосе на месте клети развился крытый двор с многочисленными помещениями. Удобно, когда двор дома-бруса расположен сзади. Видимо, это поспособствовало развороту дома жилым торцом к улице. Вход в дом, в свою очередь, стал осуществляться сбоку. Таким образом дом приобрёл характерную ориентацию относительно улицы[86], хотя некоторые дома ставились и вдоль улицы. Если дом имел подклет, то ко входу вели лестница и крыльцо. Избы-связи быстро завоевали популярность и со временем стали типичным восточнославянским жилищем, хотя в XVI—XVII веках в городах они ещё не составляли абсолютного большинства, а деревня и вовсе почти целиком состояла из однокамерных жилищ. Судя по всему, в этот период уже сложилась ещё одна характерная черта русской избы — трёхоконная композиция главного фасада. На плане Тихвинского посада 1678 года много домов с тремя волоковыми окнами, среднее из которых расположено выше прочих. Впрочем, существовали и другие приёмы расположения окон (см., например, рисунки А. Мейерберга). Завершались дома двухскатными крышами с драночной (на севере и на юге), тёсовой (на севере) или соломенной (на юге) кровлей. Дома крестьян имели незатейливый внешний вид. Как писал Г. Г. Громов, для них «высокие палаты и узорные крыльца были мечтой, куда помещали они героев своих сказок».
Хоромы XVI—XVII веков представляли собой сложные многокамерные комплексы на подклетах, а их объёмы соединялись лестницами, переходами на втором уровне и покрывались отдельными крышами. Ко входу в хоромы вело парадное крыльцо. Русские крыльца, по мнению А. И. Некрасова, были развиты в XVI веке под воздействием каменной архитектуры, в частности, западной паперти московского Успенского собора. В контексте богатых домов изменилось значение слова сени и оно стало обозначать прихожую. Расширился термин изба: он стал применяться вообще к любому помещению жилого комплекса. Наряду с избой для основного отапливаемого помещения на подклете употреблялся термин горница. С распространением повалуш из источников исчезло упоминание теремов. Горница, повалуша, да сени меж ними — таков минимальный состав богатого дома XVI—XVII веков. К XVIII веку повалуши стали исчезать. Самый сложный образец хоромного строительства — дворец Алексея Михайловича 2-й половины XVII века в Коломенском, состоящий из 7 хором. Он уже имел наличники, в своей орнаментике схожие с наличниками каменной архитектуры.
XVIII—XIX века ознаменовались значительным прогрессом домостроительства, изменением планировки усадьбы, появлением новых типов домов. Застройка поселений и планировка усадеб стали вестись в соответствии с принципами регулярности, в частности, фасады домов стали выходить на красную линию улицы, а закрытый двор-крепость отошёл в прошлое. Развитие планировки дома шло по пути увеличения числа помещений и поиска их рациональной взаимосвязи. Среди городских мещанских домов были распространены избы-связи (типа «изба — сени — клеть» или «изба — сени — изба») и пятистенки. Помещения в них дополнительно разделяли перегородками, превращая дом в многокомнатный. Избы-связи были распространены и в деревне, в том числе вариант «изба — изба — сени».
Со 2-й половины XIX века у крестьян, с расширением и усложнением передней жилой части дома, трёхкамерная связь и четырёхстенки стали уходить в прошлое, уступая место пяти- и шестистенкам (избам-двойням и избам с прирубом). Избы-двойни распространились в бассейнах Северной Двины, Онеги и Мезени, но их разновидности можно было встретить и в Новгородской, Ярославской, Костромской губерниях; избы с прирубом были характерны для средней полосы и Поволжья. Одним из путей развития шестистенка было расширение пространства между смежными стенами, в результате чего появилась изба-двойня с заулком. Этот заулок иногда превращался в сени — в таком случае вход с крыльцом перемещались с бокового фасада на главный, прямо на улицу. Пятистенок в XVIII—XIX веках распространился в городах и сельской местности почти всех регионов. В этнографии распространена версия происхождения пятистенка от избы-двойни путём удаления одной из смежных стен. Возможно, прообразом пятистенка можно считать избу с прирубом или избы с неполной перегородкой. Пятистенки, у которых только одно жилое помещение было обращено к улице, были характерны для городов. В Центральной России и в Поволжье вдоль боковой стены такого дома, а также и вдоль трёхкамерных связей, нередко пристраивался коридор с выходящим на улицу входом в дом. Дальнейшим развитием пятистенка были крестовик и крестовая связь.
«Изба семи государей» (Архангельская обл.). 1765 г. Пример архаичного жилого дома, переходный тип к пятистенку
Большинство русских домов образовывало однорядную связь. Р. М. Габе и Е. Э. Бломквист считали, что однорядная связь в некоторых регионах, например на Севере, распространилась довольно поздно. По мнению Р. М. Габе, в Карелии более древние корни имели дома-кошели. Распространённой практикой в этот период была пристройка зимников — приземистых избушек, в которых можно было пережить морозы. С точки зрения вертикальной структуры, существовали поземные избы с земляным полом (в южных регионах), избы с невысоким подпольем, избы с подклетами, причём подклет нередко превращался в жилой этаж. Сначала в городе, а потом и в деревне распространились дома с двумя и более этажами. С начала XIX века среди крестьян распространились белые избы.
В XVIII—XIX веках развитие городской гражданской архитектуры было связано с общеевропейскими стилями барокко, классицизма, ампира. В духе веяний из Петербурга зодчие прибегали к стилизации деревянных домов, яркий пример этому — провинциальный деревянный классицизм. Стилевые постройки, подражавшие каменным, имели мало общего с традиционным зодчеством. Хотя деревянные колонны веранд и сандрики из досок были весьма далеки и от своих западноевропейских прототипов.
Крестьянский дом Владимирской губернии. 2-я пол. XIX в.
Дом Сергина из Мунозера (Карелия). Пример северного дома-комплекса 2-й пол. XIX в.
Под нарастающим влиянием города и помещичьих усадеб радикально менялась крестьянская изба. Процесс этот шёл не везде одинаково быстро. В отдалённых поселениях ещё долго (даже в XIX веке) строили по-старому. Например, архаична была почти не имевшая декора «Изба семи государей» 1765 года в Онежском уезде Архангельской губернии. Эта курная изба была переходным типом к пятистенку, имела однорядную связь с двором и стояла на хозяйственном подклете. На главный фасад выходили окна избы (два волоковых и большое косящатое между ними) и волоковое окно хозяйственного помещения. За этими помещениями располагались сени, горницы и далее хозяйственные помещения. Такие избы сменялись эклектичными постройками, которые сочетали элементы древнерусского зодчества и стилевой архитектуры, детали ордерной системы и народную резьбу. Они обзавелись большими косящатыми окнами с резными наличниками, мезонинами, окнами для освещения чердака, двухстворчатыми дверями, подзорами. Некогда распространённая композиция окон главного фасада как у «Избы семи государей» сменилась тремя большими окнами. На рубеже XIX—XX веков в Поволжье и на Севере также распространилась композиция из четырёх окон. Ещё больше окон имели главные фасады северных двухэтажных пяти- и шестистенков. В итоге этих преобразований, как отмечал А. И. Некрасов, былая монументальность и простота сменилась «сложностью и живописностью во впечатлениях целого». Большие изменения произошли в конструктивных решениях: появились потолки современного типа, изменились конструкции крыш, привычным явлением стала дощатая обшивка стен снаружи и т. д. Эклектика во 2-й половине XIX века достигла наибольшего развития. По мнению А. В. Ополовникова, с этого времени начался полный распад культуры древнерусского деревянного зодчества, несмотря на то, что к концу века более половины городов на 95 % состояло из деревянных домов. Многие дома имели кирпичный нижний этаж и деревянный верхний.
Дом В. И. Смирнова в Нижнем Новгороде. 1890-е гг. Образец русского стиля
В середине XIX века на волне дискуссий о национальном стиле у профессиональных архитекторов пробудился интерес к деревянному зодчеству. Его мотивы были использованы В. А. Гартманом, И. П. Ропетом, Ф. О. Шехтелем в поразивших иностранную публику русских павильонах на международных выставках. Свойственный многим последователям русского стиля XIX — начала XX века декоративизм фасадов едва ли не крайнее выражение получил в постройках И. П. Ропета. «Ропетовщина» оценивается неоднозначно. То, что было удачным в выставочных и загородных постройках, не всегда уместно выглядело в городской застройке. А. В. Ополовников считал, что в основе стилизации под народное зодчество лежало не использование его эстетического содержания, а лишь механическое копирование форм.
В 1920—1930-е годы основная масса сельского жилого строительства по прежнему состояла из деревянных изб с несколько более усовершенствованной планировкой. Строились такие дома и в городах. Из дерева строились также многоквартирные дома. К дореволюционным традициям обращались некоторые советские архитекторы в проектах своих дач. Однако неуместность деревянного строительства в новых советских реалиях становилась всё более ясной и к середине XX века от традиции деревянного зодчества отошли окончательно. Срубное домостроение уступило место каркасному, кирпичному, блочному и панельному строительству.
Деревянная жилая архитектура современной России представлена индивидуальными домами. В этом направлении работают Т. Кузембаев, Н. В. Белоусов, В. Г. Кузьмин. Многие авторы реализуют свои проекты в духе современной архитектуры, некоторые стилизуют под «русский стиль». Некоторые постройки, как, например, срубные дома Н. В. Белоусова, сочетают современную архитектуру и традиции
Продолжение следует ...
Часть 1 , Часть 2 , Часть 3 , Часть 4 , Часть 5 , Часть 6 , Часть 7 , Часть 8 , Часть 9 , окончание