Это цитата сообщения Rex_Sepluvzew Оригинальное сообщение

"Человек в зоологическом саду"



Сегодня наконец-то я получил бандероль с своим заказом из одной художественной и одной нехудожественной книг. Правда, из-за них пришлось поскандалить с магазином (форзацы недостаточно подклеены, пришлось самому подклеивать).
В художественной книге две повести, одну из них - "Человек в зоологическом саду" - я уже прочитал. Там описывается, как некий мужчина (Кромарти) поскандалил с дамой (Жозефиной), после чего по "подсказке" Жозефины [добровольно!] стал одним из экспонатов зоосада; ему было разрешено одеваться и читать книги, но запрещено - разговаривать с посетителями и читать газеты и... журналы. Газеты - понимаю (лицо закрывают), но журналы-то почему?! Наверное, так же, как в "Доме-2" запрещено знакомиться с СМИ (ТВ смотреть нельзя, видеомагнитофон - пожалуйста).
И там (в повести) я обнаружил (на стр. 164-165) интересный пассаж:

Живя в клетке, Кромарти постепенно научился узнавать всех зверей, так как каждый вечерон гулял после закрытия сада, и ему часто разрешали заходить в другие клетки. Больше всего он был изумлён тем, как по-разному воспринимали звери его и сторожа. Едва появлялся сторож, как животное сразу обращало на него внимание, тогда как Кромарти редко удостаивался хотя бы взгляда. Большинство обитателей зоосада проявляли к нему безразличие. Со временем он понял,что они относились к нему так же, как и друг к другу. И его поразило, что они считают его таким же экспонатом, как самих себя. Это открытие так потрясло Кромарти, что он поверил в то, что звери обладают необычными способностями, хотя он и не мог этого доказать, а тем более объяснить, как это знание могло распространиться среди столь разнородного собрания животных. Наблюдая за звериным общением, Кромарти обратил внимание на то, что не только они по-разному относятся к нему, но и он к ним. Чаще всего он определял это отношение словами "циничное равнодушие", добавляя, что это по-видимому, врождённое. У жильцов зоосада оно обычно выражалось в полнейшем безразличии, но порою и в чём-то среднем между пренебрежительным зевком и демонстрацией клыков. Кромарти считал интересными именно эти тёмные стороны поведения животных. Естественно, звери ничего не могли сказать ему, и поэтому было трудно узнать их привычки в этой искусственной обстановке. Лишь те, что жили семьями или колониями, казалось, чувствовали себя свободными, однако друг с другом они общались так, как привыкли на воле. К человеку они выказывали совершенно другое отношение, но Кромарти в их глазах не был человеком. Он мог пахнуть, как люди, но они видели, что он вышел из клетки.

Финал повести тоже довольно неожиданный. Кромарти и Жозефина много дней подряд думали друг о друге (то хорошо, то плохо), в конце концов Жозефина сделала ему два предложения (обвенчаться и жить вместе в зоосаду), но смотритель сообщил о мнении какого-то (попечительского?) комитета на этот случай. "Мы решили, что если вы примете решение жениться, мистер Кромарти, мы должны разорвать наш контракт с вами. Другими словами, Вы имеете право выйти на свободу, и я сейчас же выпущу вас" (стр. 237-238). В данной ситуации Кромарти и Жозефине пришлось выбирать, и они выбрали единение, хоть и на свободе.