Многие люди, наверное, вот и я, боятся летать на самолете.
Я начинаю нервничать, едва шагнув туда с трапа. Но стараюсь держаться молодцом, поэтому суечусь, одновременно протискиваюсь и пропускаю, улыбаюсь всем шире стюардессы и сразу пристегиваю себя к самолёту ремнем, хотя так хочется сделать вид, что что-то вспомнила, типа хлопнуть себя по лбу- и
тикать...
Когла самолет сдвигается с места, начинается шоу, хотя я отнюдь не
эксцентрична.
Я выхватываю молитвенник и начинаю шепотом, то сходящим на нет, то
переходящим в скулёж, творить молитву о Лупе и Клеопе, в Еммаус
спутешествовывай.
Потом самолет набирает нужную высоту, и меня отпускает.
Я с энтузиазмом ем из лотков,
если рейс международный- покупаю духи- приношу жертвы духам неба, кокетничаю с сосодями, если есть с кем.
Потом что-то подсказывает мне, что пора начинать.
Я опять на сцене, а вот однажды один придурок взглянул в окно и сказал: о как, крылья ломаются! я же не знала тогда, что так говорят, когда самолёт тормозит закрылками.
Этим летом я летела последний раз и нервничала как никогда.
Всю дорогу прислушивалась, принюхивалась и в случае чего вцеплялась
побелевшими пальцами во что попало у соседа, а он отцеплял меня, отгибая по пальчику, и конфузливо пожимал плечами сидевшей через проход жене.
Я могла бы, наверное, описать все это смешно, но это несмешно.