Сон, в котором я побывал в шкуре сразу трех героев. Матери, отца и сына.

Мать.
Песчаный берег острова залитый полуденным светом. Линия прибоя крадет песок с берега отдавая в обмен ракушки и мелких смешных рачков. Остров зарощен высокими пальмами, среди которых гнездятся хижины на сваях, достаточно заброшенных, чтобы их оставили прежние хозяева и достаточно уютные, чтобы их могли занять переселенцы.

Мать закрыла руками глаза от солнца и смотрела в линию горизонта. Я видел, чувствовал и слышал ее глазами, ее ушами ее сердцем. сегодня был особенный день, сегодня должна была приплыть очередная партия переселенцев, с которыми будет ее муж и ее сын. Небо было пустым, потом на горизонте появились облачка черного дыма. Затем появились очертания баржи, все ближе и ближе. Сердце учащенно забилось, скоро долгожданная встреча.

Баржа неуклюже ползла толкаемая чахлыми винтами. Все деки были плотно забиты людьми, которые стояли, сидели, лежали на палубах между своих чемоданов, свертков и кульков. Люди увидели берег и возбуждение наполнило всю палубу, они вглядывались в неизвестную новую родину, пытаясь представить, что их может ожидать.

Отец.
Я стоял на корме, около меня сын, чувство потери смешанное с радостью предстоящей встречи. Баржа легла на рейд, осторожно пробираясь к пустынному берегу, никакого порта, пристаней конечно еще не было, да и некому строить.

Прозрачная вода за бортом, песчаное рябое дно, стайки серебристых рыб, какие то обломки или кораллы. Что то врезалось в нос корабля, старая затонувшая мина, которых остались миллионы во всех акваториях после войны. Все считали удары по обшивке и гадали сработае, не сработает. Второй, третий. Мина сдирала ракушки с старого днища и молчала. Четвертый,пятый. Все вжались в палубу закрыв глаза считая удары. Шестого удара не было. Оглушительный рев взрыва подбросил баржу в воздух, огромный шар пламени в секунды выжег все живое от трюма до верхних палуб, смяв в комок бумаги все переборки. Последнее, что я успел сделать это толкнуть сына с палубы за борт. Огонь поглотил все, трюм наполнился водой, которая съела все отнятое у нее пространство, баржа стремительно тонула.

Сын.
Я упал в воду, так и не поняв что случилось. Я погружался все ниже и наблюдая как рядом тонет баржа, Пламя боролось с огнем за обладание тонущим железом, обломки снастей, обшивки, людей, чемоданов. наконец она ударилась о дно и застыла. Все кончилось. я продолжал падать и заметил, что дно было утыкано подобными погибшими кораблями, десятки, сотни, тысячи, насколько позволяла видимость прозрачной воды, все пространство дна до горизонта было завалено обломками корпусов.

Наконец я коснулся дна. Почему то я не чувствовал потребности в воздухе, но знал, что если скоро не выберусь на поверхность, то погибну. Ноги и все тело было налито свинцом и я беспомощно пытался оторваться от то дна и выплыть на поверхность. Тщетно. Тогда я пошел по дну, огибая крупные обломки, где находился берг острова и кончалось море я не знал, опустившись на дно весь кругозор закрывали утонувшие корабли.

Время истекало, я понимал что скоро лягу на дно и засну навсегда, если срочно не выберусь наверх. Вдруг я увидел серебристую стаю рыб, которая металась над головой, я протянул руку и коснулся рыбацой сети, которую вытаскивали наверх вместе с уловом. наконец спасение было найдено, длинную сеть вытягивали на берег, ловя рыбу и спасая чьи то души. Наконец я поднялся на поверхность, держась обеими руками за ячейки. Солнце. Воздух. Берег.
[показать]