Как будто душа и не знала печали,
Как будто в ней вечно рассветы вставали.
Как будто молящий беспомощным взглядом,
Смятеньем отчаянья снова объятый,
День, чистый и ласковый, вовсе не падал
В красный огонь пепелящих закатов.
Как будто душа и не знала сомнений,
Как будто в ней вечно цветенье сирени.
Как будто сирень лепестков не роняла
Слезинками нежной безмолвной печали;
Как будто, склонившись безвольно, устало,
Цветы, вдруг состарившись, не умирали.
Как будто душа и неверья не знала,
Как будто в ней вечное жило начало.
Как будто всё в жизни, что после случалось:
Жестокость обмана, коварство измены,
Пришедшая с ними слепая усталость –
Лишь страшного сна нереальные стены.
Но трезвостью всплыло из памяти ила –
Печали, сомненья, неверье – всё было:
Дни, павшие пеплом тревожных волнений,
Цветы, победившие смертью усталость,
Измен и обманов холодные тени, –
Чтоб счастье таким безграничным казалось.