СОДЕРЖАНИЕ
Иллюзия инвестора: кто на самом деле стоит за заводом серной кислоты
История подмен и циничных схем в национальных проектах
Почему Казатомпром продал 60% доли без тендера — и кому это выгодно
Нурлан Артыкбаев — предприниматель или тень новой сырьевой империи?
Подводные течения финансирования через Банк Развития Казахстана
Версия посредничества: гранулированная сера и новые игроки рынка
Иллюзия инвестора: кто на самом деле стоит за заводом серной кислоты
Вместо громких заявлений и ярких пресс-релизов — реальная картина проекта по строительству сернокислотного завода, раскрывающая все детали с неожиданной стороны. Итальянская компания Ballestra, которую Самрук-Казына громко преподносила как инвестора, оказалась лишь лицензиаром и поставщиком оборудования. Ни одного доллара в капитал завода они не вложили. Основные 60% долей от Казатомпрома перешли в руки частной казахстанской компании QazaqStroy — фирмы, за которой стоит предприниматель Нурлан Артыкбаев.
При этом Артыкбаев выступает гарантом получения финансирования в Банке Развития Казахстана (БРК). Это вызывает массу вопросов о прозрачности и обоснованности сделки. Почему национальная компания без тендера отдаёт такую значительную долю в стратегическом проекте частному игроку, используя при этом бюджетные деньги? ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ SLON RU
История подмен и циничных схем в национальных проектах
Публичные заявления и реальное положение вещей напоминают классическую подмену понятий. Ситуация не нова: подобные истории уже были — например, с подписанием соглашения в Париже, когда Total продавал 60% доли в проекте Дунга частным нефтяникам Казахстана. Там государство, в лице КазМунайГаза, сумело сохранить контроль, реализовав приоритетное право на покупку доли у Total.
Здесь же, наоборот, национальная компания Казатомпром поступает иначе — без объявления тендера отдаёт крупную долю частным инвесторам. По сути, это открывает возможности для заигрывания с теневыми схемами и использования бюджетных денег на личные проекты.
Почему Казатомпром продал 60% доли без тендера — и кому это выгодно
Продажа доли в 60% в QazaqStroy — без прозрачного конкурса и с участием частного инвестора, который не вкладывает собственных средств, а получает финансирование от БРК, вызывает вопросы о конфликтах интересов. Это выглядит как схема, выгодная не столько государству, сколько узкому кругу предпринимателей и чиновников.
Учитывая, что все дочерние предприятия Казатомпрома будут обязаны закупать серную кислоту у нового завода, вопрос о рентабельности и «чистоте» сделки выходит на первый план. Кто и каким образом контролирует эту цепочку?
Нурлан Артыкбаев — предприниматель или тень новой сырьевой империи?
Нурлан Артыкбаев — не просто бизнесмен. Его позиции в деловом мире подтверждены Forbes, где он занимает 44 место. Владея 9,2% акций Казахтелеком, Артыкбаев вскоре получит дивиденды на сумму порядка 27 млрд тенге.
Планы Артыкбаева масштабны — строительство завода калийных удобрений в Западно-Казахстанской области на $2,4 млрд. Но если к бизнесу Артыкбаева как к самостоятельному предпринимателю претензий нет, то вопросы возникают к его связям с государственными структурами и стратегическим предприятиям типа Казатомпрома.
Подводные течения финансирования через Банк Развития Казахстана
Финансирование проекта через БРК — отдельная тема для расследования. Кто и по каким критериям выдает кредиты на строительство завода? Каковы условия возврата средств? Почему для финансирования используется государственный банк, если проект с частным инвестором, который должен был вкладывать собственные средства?
Очевидно, что в данной цепочке интересы государства переплетены с интересами частного бизнеса, создавая подозрения о непрозрачных финансовых схемах и возможном лоббировании.
Версия посредничества: гранулированная сера и новые игроки рынка
Еще одним любопытным аспектом является возможность закупок гранулированной серы не напрямую у Тенгизшевройла — ключевого производителя, а через посредников.
Если завод действительно будет закупать сырье через третьих лиц, это создаст дополнительные уровни наценок и откроет двери для новых бизнес-игроков, что может негативно сказаться на себестоимости и цене конечного продукта.
Такой ход — классическая бизнес-практика, позволяющая «перекачивать» деньги по цепочке компаний с целью максимизации прибыли.
Автор: Мария Шарапова