С неприятным удивлением обнаружил я на просторах Интернета некий «документ», полностью приводить который у себя в дневнике по понятным причинам не буду. Но и обойти молчанием его не могу, так как дело касается вопроса очень серьезного.
Это уже не первая попытка облить грязью нашу историю, наше прошлое и наших предков. Помнится, гуляла по сети байка, также облеченная в форму «приказа» и рисующая чинов кажется Ростовского мушкетерского полка грубыми мужланами, сексуальными маньяками, быдлом и т.д. и т.п. Теперь вот до юнкеров добрались. Впрочем, в условиях информационной войны против России и русских это неудивительно. Удивляет другое – как легко ведутся на подобный бред люди. Нет, я понимаю, конечно, что не все способны к критическому анализу подобного рода «документов», не обладая необходимыми для этого знаниями. Однако, как же нужно не уважать себя, чтобы вместо негодующего «не верю!» скалить зубы в компании придурков из «поколения пепси».
Правда, нашлись, к счастью, люди, поставившие достоверность оного «приказа» под сомнение. Например Тимофей Шевяков сделал это в своем ЖЖ еще в августе 2007 года. Примерно в то время «приказ» появился в сети и стал весьма популярным «приколом». Каюсь, я не видел его раньше, иначе бы не замедлил подвергнуть критике. Приходится делать это только сейчас, когда «прикол» стал «баяном». Дополню и продолжу критику, начатую, но не законченную коллегами.
Для начала повторю аргументы коллег:
Никакого «Императорского Александровского юнкерского училища» в природе не существовало. В Москве в указанный период было 2 училища - 3-е Александровское военное и Московское пехотное юнкерское (будущее Алексеевское военное).
Оба эти училища были пехотными и в строевом отношении, соответственно, делились на роты, а не на эскадроны, как сказано в «приказе». Эскадроны были в кавалерийских училищах.
В 1890 году начальником Александровского военного училища был генерал-лейтенант П.Н.Анчутин, а не «генерал Григорьев П.Н». Звание в приказе должно было указываться полностью.
После того, как прозвучали приведенные выше аргументы, выяснился первоисточник и последовал вывод о том, что оказывается «название училища, имя его начальника и номер приказа - вымышленные. Сам же приказ, по всей видимости, все-таки реальный».
Так вот, я заявляю и берусь доказать, что и «приказ» - вымышленный и лживый по содержанию.
Итак.
Как уже было сказано выше, «приказ» относится к кавалерийскому училищу. Не к пехотному (роты), не к артиллерийскому (батареи), не к казачьему (сотни), а именно к кавалерийскому (эскадроны). Тот, кто ввел документ в Интернет-оборот предполагает Николаевское кавалерийское в Петербурге. Но в тексте приказа упоминаются 1-й и 2-й эскадроны училища, тогда как в Николаевском кавалерийском училище на протяжении всей истории его существования был только один эскадрон. В июне 1890 г. помимо эскадрона в училище была учреждена сотня, готовившая офицеров казачьих войск.
Помимо Николаевского, в Российской Империи было еще два кавалерийских училища – Тверское кавалерийское юнкерское и Елисаветградское кавалерийское юнкерское. В Тверском также был один эскадрон. В Елисаветградском, правда, два. Но и в Елисаветградском училище данный «приказ» не мог увидеть свет.
Изучая быт юнкерских училищ, смею утверждать, что у юнкеров в основной их массе просто не было времени на коллективные походы в публичные дома (три раза в неделю - это что за кролики такие?!). Непрерывные занятия почти не оставляли времени ни на какие развлечения вообще. Лекции, репетиции, экзамены, строевые занятия и т.д. и т.п. Программа же кавалерийских училищ была еще сложнее и напряженнее – помимо обязательных во всех училищах предметов (тактика, фортификация, военная администрация и т.д.) юнкера-кавалеристы учили ряд специальных - иппологию, ветеринарию, обучались верховой езде, рубке… Главной физиологической потребностью большинства юнкеров при сверхплотном графике и интенсивном режиме занятий был не секс, а здоровый и продолжительный сон. Я читал много мемуаров юнкеров разных училищ и кавалерийских в том числе. Описания походов в «дома» встречались. Один или два раза. Судя по скупым описаниям, проходили они чуть ли не в обстановке строжайшей секретности.
«Приказ» противоречит положениям тогдашнего устава и законодательства. Приведу несколько параграфов «Инструкции, определяющей правила военного воспитания и устройства внутреннего порядка в юнкерских училищах».
Параграф 49: «Следует обращать внимание на то, чтобы юнкера соответствующим образом проводили свободное от занятий время, посвящая его физическим упражнениям, в виде различных необязательных занятий на воздухе…, чтению книг, музыке, пению, пению, рисованию… Весьма желательно развивать музыкальные способности юнкеров и с этой целью образовывать из них оркестры и певческие хоры, для обучения которых приглашаются учителя. В более продолжительное свободное время, например на праздниках, а также в лагерное время могут быть устраиваемы домашние спектакли, концерты и танцевальные вечера». И создавались, и проводились, и устраивались! Описаний подобного рода досуга юнкеров в мемуарах – пруд пруди! Чего не скажешь про дома терпимости.
Параграф 50: «Увольнение в городской отпуск, а также в пригородные места, имеет целью дать юнкерам возможность проводить время в своей семье, у семейных родственников или знакомых, а также посещать театры, концерты и т.п. … На отпуск следует смотреть, как на поощрение заслуживающих его юнкеров… Увольнение в отпуск должно обусловливаться: 1) поведением, успехами в науках и по строевым занятиям, степенью прилежания и доверием начальства, и 2) обстановкою, в которой юнкер проводит время в отпуску…. Установление подробных правил увольнения юнкеров в отпуск предоставляется Начальнику Окружного Штаба (выделено мной)». Елисавеградское кавалерийское юнкерское училище готовило офицеров для полков Киевского военного округа, в ведении которого и находилось. А Киевским военным округом в упомянутое время командовал Михаил Иванович Драгомиров. А страной правил, если кто забыл, Государь Император Александр III. Да, да – «Православие, Самодержавие, Народность». Параграф 1 той же «Инструкции» гласил: «Военно-воспитательная подготовка юнкеров должна заключаться: 1) в глубоком укоренении чувства долга христианского (в не христианах желательно укоренение благочестия)…». Если верить «приказу», то начальник училища прямо нарушает Инструкцию. Да еще как грубо и цинично! Судите сами.
Дата «приказа» - 18-го февраля 1890 года. Пасха в 1890 г. приходилась на 31 марта. Отсчитываем 48 дней назад и вычисляем начало Великого Поста. Получаем 13 февраля. Это что же, начальник училища подписывал приказ и отряжал юнкеров в дома терпимости во время Великого поста?! Да еще в первую его неделю, та отличающуюся особенною строгостью?! Чушь и бред. Религиозная жизнь юнкеров была предметом пристального внимания начальства. Распорядок дня сопровождался молитвами – утренние, вечерние, перед обедом и т.д. Аккуратно посещались богослужения. Юнкера регулярно исповедовались и причащались. В Великий же пост – постились, а не занимались грехом по приказу начальства. Наоборот, начальство обязано было оберегать воспитанников училищ от пьянства, разврата и т.д. Причем не только на время поста, а все время.
Кроме того, начальство должно было воспитывать юнкеров в глубоком понимании священного воинского долга, чести и достоинства офицерского звания. Вместо этого мы видим, как будущих офицеров Русской Императорской Армии якобы водят на случку как стадо быков и подвергают унизительным процедурам. Чушь и бред.
О моральном облике тогдашних юнкеров, представлявших собой наиболее нравственно здоровую часть русской молодежи, сохранилось немало свидетельств. Приведу лишь одно из них, как наиболее уместное в данном случае. Кубанский казак, боевой офицер, командир Корниловского конного полка во время Гражданской войны Федор Елисеев вспоминает о том, как уходил вольноопределяющимся в полк, чтобы отслужив положенный срок, поступить в юнкерское училище и стать офицером. О своих проводах в армию в родной станице, Елисеев пишет:
«Зять, учившийся и служивший в Екатеринодаре, умный и серьезный человек, попросил «пройтись» с ним. И прогуливаясь вдвоем, он, как-то иносказательно стал меня предупреждать «от общения с нехорошими женщинами, которых много в городе и от которых можно даже и заболеть». Он так недосказано говорил, что я никак не мог его понять — кто эти такие нехорошие женщины? Пчему их надо остерегаться? и почему я могу заболеть от них? А главное, я не понимал - почему это он мне все говорит, и говорит неясно. Я иду служить Царю и Отечеству, а он мне толкует про каких-то «нехороших женщин». «И как это они, эти нехорошие женщины, могут помешать мне в военной службе?» - думал я. Такова была чистота нравов в станицах, в казачьих умах, тогда!» (Ф.И. Елисеев. Первые шаги молодого хорунжего. М., 2005. с. 18).
Елисеев описывает 1910 год, то есть 20 лет спустя после якобы «приказа». Все это время общественные нравы только расшатывались. И надо же – какой-то без пяти минут юнкер, которому не сегодня-завтра в бордель строем идти, вдруг не знает ничего о «нехороших женщинах»! Более того, я вам скажу со всей определенностью, что такие незнающие юнкера составляли большинство в юнкерских училищах. Конечно, юнкера столичных военных училищ в нравственном отношении могли существенно отличаться от незамутненных цивилизацией казачьих душ, но провинциальные «сморгонцы» (юнкера окружных юнкерских училищ) в целом отличались не намного и были такими же морально здоровыми юношами, как и 17-летний казачок Федя Елисеев.
Не берусь спорить с популяризатором «приказа» относительно первоисточника. Возможно, действительно сей документ «без упоминания номера, названия училища и фамилии, подписавшего его начальника, был зачитан на заседании Русского сифилидологического и дерматологического общества 27 сентября 1903 г. по просьбе проф. А. Г. Полотебнова» и «вместе с протоколом заседания опубликован в газете "Русский врач" (1903. N 46. С.1644).». Возможно, затем «Приказ по NN училищу» был приведен в статье Петра Пильского "Армия и общество" (Элементы вражды и препятствий). Статья первая. "Питомники".(«Мир Божий». Журнал для самообразования. 1906. С. 25-46).» И дажеможет быть «при Советской власти «Приказ» был опубликован в журнале... «Безбожник» (1926 г.) в статье Б. Кандидова «Кусочек святого быта царской армии». Сути это не меняет и достоверности документу не добавляет.
У меня не вызывает сомнений тот факт, что в лице этого документа мы имеем дело с очередным микро-эпизодом информационной войны против России. Война эта началась не вчера и даже не сто лет назад. И спорить можно лишь о том, является ли «приказ» фальсификацией или подделкой, делом рук современных «падонкафф» или подонков конца XIX столетия…
P.S. Прошу всех, кто разделяет мою точку зрения, цитировать приведенный выше текст или давать ссылку на него под каждой копией «приказа» в Интернете.