Во время одного из дружеских ужинов «украинского землячества» Яворницкий предложил Репину продолжить малороссийскую тему и нарисовать портрет Мазепы. Репин ответил чрезвычайно резко:
— Дмитрий Иванович! Я вижу, что вы, поживши в Варшаве, ополячились, окатоличились, возлюбили польских панов, а вместе с ними такого, в сущности своей, поляка, как Мазепу, такого ненавистного мне человека. Писать Мазепу я не буду. Я напишу гетмана Хмельницкого.
Яворницкий выждал какое-то время и напомнил еще раз другу о своем сюжете. Репин в ответном письме высказался столь же твердо:
«Я не понимаю смысла и значения этого сюжета теперь, да и тогда. Он мне так же противен, и достоин только отрицательного отношения к нему. Панская Польша мне ненавистна, а Мазепа — самый типичный пройдоха, пан поляк, готовый на все ради своей наживы и своего польского гонора. Нет, я русский человек и кривить душой не могу.
Я люблю запорожцев, как правдивых рыцарей, умевших постоять за свою свободу, за угнетенный народ, имевших силу свергнуть навсегда гнусное польское панство и шляхту. Я люблю поляков за их культурность — теперь. Но восстановление безмозглого панства, потворство их возмутительному забиванию народа до быдла, когда бы то ни начиналось!.. Я ума не приложу, что вы находите значительного в предателях, в измене и вероломстве?!
...Простите, что при всей любви и уважении к вам я не могу ничем поддержать вас в этой ошибочной, на мой взгляд, идее».
http://www.chaspik.info/bodynews/5285.htm