Бог - коммедиант, играющий для публики, которая боится хохотать. Это не я придумала, а дяденька Вольтер.


Ээээх! И долбанулись лбами о чумной пол строения с куполами на три-четыре! Ма-лад-цы! И прошептали про себя речитатив из слов, процентов 90 из которых мы вообще не понимаем. И поставили все дружно самые дорогие свечи за упокой умерших и за здравие живущих, ибо чем дороже мы свечи купим, тем больше шансов, что запудрим мозги создателю, и не узреет он деяний наших страшных.
Мы видим в Боге дурака? Да! А он ведь не налоговый инспектор вроде, которому можно купюру-другую, в конвертике в верхний ящик пропихнуть. Увешав свою обитель золотыми образами, мы вряд ли создадим вокруг себя непробиваемую противобактериальную защиту. Проще было бы не асфальтировать дороги, а делать их из сверхпрочных ортопедических матрасов - если уж грохнулся и поспать заодно можно, и искривление позвоночника вылечить. Проще было бы ходить в противогазе - не дышите на меня, дамочка, у вас кислотный баланс сбалансирован больше в сторону углерода, чем в сторону кислорода! Проще было бы пить из плюшевых и байковых стаканов, есть из соломенных тарелок, вместо вилок ватные палочки использовать.
Мамочка моя драгоценная галлонами выливала на меня святую воду, а соседи всё равно говорили, что я чертенок и рога я тащтельно маскирую под копной волос, подаренной мне сатаной на трехсотый юбилей. Мамуля крестила меня во сне, заговаривая меня от нечаянного онанизма и предвзятых школьных троек, а я разговаривала с Богом, как с нормальным друганом - объясняла ему, как надо действовать по справедливости и кому голову необходимо открутить.
Он подарил мне ангела-хранителя, но похоже он тоже не косит от спонтанных пьянок и иногда прогуливает работу. Мы с ним частенько болтаем на досужие темы, обсуждаем линьку муравьедов или уровень доходов от рождественских гусей. Он тоже любит щекотку и яблочную повидлу.
В 13 лет мне отпустили грехи - втолкнули сухой безвкусный кусок хлеба в саую глотку и залили прокисшим кагром, влепили затрещину и сообщили, что я прощена. С тех пор я была в зловещих местах, которые именуются церквями, раза три. И всегда паника охватывала мою нездоровую голову. Вдыхая елейный аромат негодующих изображений, я всегда мямлила какую-то молитву на свой лад и безудержно боялась. Боялась сообщить родственникам, что легче мне становится только за порогами темных купольных склепов.
А нельзя ли отпевать умерших родственников веселыми Алилуями? Нельзя ли вообще относится к смерти как к простой икоте от перебора шампанского? Почему долбанные устои жизни несут нам стлько печальностей и непонятностей. Кощунство - это лишь очередное придуманное нами же понятие. Богохульство - это инструмент Церкви, которым они нас склоняют к финансовым вливаниям в вечернии ресторации попов и патриархов. Ага! Если б я жила в средние века, мои пятки уже щекотали язычки пламени, и моя личика была бы похожа на рекламный стенд Балтимора.
Уважаемый Бог! Не мог бы ты вразумить наше руководство гуманитарить лекарствами не в Багдаде, а в российской глубинке - где люди сотнями дохнут от недостатка плесени? Скажи им, что для отмывки денег вполне достаточно черного золота. Пожаааааааааалустаааааа : )