В ареоле обитания несчастных невылупившихся страусов воцарилось спокойствие и процветание. Воцарилось не методом идейного анонимного голосования, а благодаря сотрапным действиям неких персон, снизошедших для определения понятия "кворум". Хитрожопопузохрен лежал в позе обожравшегося пахлавы турецкого хана и совершал действия чесательного характера в области гипотетического нахождения яиц. Жинка егойная ублажала мужниного мальчика с опахалом оперативным минетом, потому как мальчик в последнее время бастовал и настаивал на вступление в профсоюз. Хитрожопопузохрена оберегала от подобных негативных всплесков чернорабочих вольная переводчица сказок Шахерезады с японского на язык жестов. Жинка денно и нощно молила переводчицу адаптировать к местному домострою первую главу Камасутры, но та была баба эмансипированная и на провокации безвольных не поддавалась. Мотивировала она свое непослушание ссылками на доделанные Мининым и Пожарским сайты с инструкциями по местечковым забастовкам.

У Хитрожопопузохрена был лучший друг - Толстозадохреномуд. Они вместе делали оригами из Клаудии Шифер и пели гимн Конго, до тех пор, пока страусам не разрешили делать аборты. Потом они рассорились, не поделив месторождение меда, и вконец посрались из-за способа его добычи. Один настаивал на естественном платном опылении, а второй считал, что мед лучше добывать с помощью спонтанных революций в пчелиных кланах. В итоге они поделили гречишное поле криво-косо-пополам, и общались только по аське, активно выражая эмоции колобками.

Когда Жинка Хитрожопопузохрена окончила оральное издевательство над мальчиком, двери распахнулись и появился зад Толстозадохреномуда. Потом появился его хрен и голова. Он пришел с войной и с фаворитом-референтом, который отвечал за массовые оскорбления в прессе и на улицах. Хитрожопопузохрен был предупрежден о планирующейся атаке и подготовился. Переводчица подвисла в третьей балетной позиции, затем издала звук харакириста и вырубила референта с ноги, красиво изогнувшись в коленке. Толстозадохреномуд сразу скончался от обиды и инфаркта. Жинка, воспользовавшись моментной анархией, вколола мужу болезнь Паркинсона, и сбежала на север. Там она долго боролась за права несчастных невылупившихся страусят, и теперь страусам снова запрещено делать аборты
[630x1000]