Вот появляется в груди
и покой, и огонь,
и прочь сердце перышком летит,
чтобы лечь к Нему в ладонь.
Так летит, как бабочка на свет,
не зная про стыд, страх, позабывши испуг,
и вдруг - возвращается назад,
сделав круг и не найдя открытых рук.

С гор хлынул вешний водопад
и вода, быстрая вода
все, все, что было до того,
унесла прочь, не оставив и следа.
Эти сны и речи невпопад,
нечаянный взгляд
и вместо вдоха в горле ком...
И вдруг - наступили холода,
и вода
оцепенела подо льдом.

И глядя во тьму
ночи новолунья
глядя во тьму
небо и землю я вопрошаю:
Кто я Ему?
Неужели до сих пор я Ему
только чужая?
просто чужая?
И я не знаю, я не знаю
как читаю Судьбе -
зыбкие звезды меня окружают
Кто я Тебе?
Неужели до сих пор я тебе
только чужая?
просто чужая?

Как быть, Господин моей беды -
Ты там, где восход, я там, где закат?
Легкий дым заметает все следы
и молчит водопад.
Даль крадет твой зыбкий силуэт,
но где ты прошел, тюльпаны по горам горят,
и вслед мое сердце перышком летит,
летит на свет и знает, нет пути назад.

Я не знаю, я не знаю
как читаю Судьбе -
зыбкие звезды меня окружают
Кто я Тебе?
Неужели до сих пор я тебе
только чужая?
просто чужая?
И глядя во тьму
ночи новолунья
глядя во тьму
небо и землю я вопрошаю:
Кто я Ему?
Неужели до сих пор я Ему
только чужая?
просто чужая?