Человека очень легко довести до животного состояния и даже ниже. Достаточно надавить и ради простого выживания он станет есть сидя на очке в общественном сортире, курить подобранные окурки, пресмыкаться перед более сильными. При этом абсолютно не важно кем человек является – личность он или нет. Всегда есть способы и возможности, что-бы он почти добровольно забыл о собственной гордости и думал только о том, как прожить еще день.


Серый, сырой барак. Ночь. Поздняя осень и за одинарными стеклами промозглый дождь вперемежку со снегом. Два человека закутавшись в бушлаты. Один надрывно кашляя включил утюг и изредка прикасается к нему наслюнявленным пальцем. Напряжение в сети прыгает и лампочка свисающая на проводе с потолка то тускнеет, то разгорается, но все равно не может разогнать сумрак по углам. Второй потрошит мокрые окурки и аккуратно, что-бы не пропало ни крошки собирает его на клетчатый лист.
- Как сегодня улов? – через кашель спрашивает первый.
- Да почти ни чего. Ливень пошел. На пару самокруток хватит.
Табак собран и на листе бумаге кладется на горячую поверхность утюга – подсушить.
- Жрать охота.
- Там шишига жабу задавила. Принести? Только сам готовь. У меня не получается кожу снимать.
- Да ну. Если шишига задавила, то там уже хрен что соберешь.
Табак подсох. Разделив его на две части скручиваются две самокрутки. Одна прячется за отворот ушанки – на утро, а вторая раскуривается. Затягиваясь по очереди они в молчании выкуривают самокрутку до последней крошки табака, пока не загорается уже пустая бумага
- Может тараканов пожарим? Говорят в насекомых очень много белка. – вроде-бы в шутку спрашивает первый.
- Ты представляешь сколько их надо наловить, что-бы наесться? До утра ползать будем.
Они сидят некоторое время молча. Промозглая сырость уже давно проникла в помещение и заставляет плотнее кутаться в бушлаты, но это не спасает.
- Блин! Когда-же нам жратву забросят!
- А как в прошлый раз повезло-то.
Они с улыбкой вспомнили, как в прошлый раз им по ошибке вместо тушенки «Китайская стена», в которой кроме жира ни чего не бывает, сбросили упаковку собачьих консервов, которые оказались на порядок вкуснее.
- Ладно. Давай спать. Я там гнездо приметил. Сегодня уже сил не было, а завтра может яичницу пожарим.
Они выключили свет и как были легли на деревянный пол поближе к стене. Так казалось немного теплее. По углам кто-то уютно шуршал и если очень сильно захотеть, то можно было представить, что ты в казарме на койке, а скоро завтрак и будет вкуснющая гороховая каша, а по случаю праздника еще могут дать две печенюшки и яблоко…