Погода таки подвела, собака.
Только-только успели добраться до Петропавловки, как небо начало портиться. Так что в итоге и погреться толком не удалось.
Пару раз накрывало крупным слепым дождем, от которого мы прятались под дубами у стен бастионов. Но он был теплый, спорый, и проходил почти моментально.
А вот ветер все испортил. В какой-то момент сорвался низовой, погнал на пляж космы серых облаков, и был он западный и холодный.
Но мы упрямо отвалялись до шести, пока не змэрзли напрочь, да и небо стало угрожать ливнем.
Пока пили пиво и лопали сосиски у Горьковки, совсем стемнело и захолодало. Даже джинсовая рубашка и гольфики, которые я предусмотрительно сунула в рюкзак, спасли не особо. Пока шли по Троицкому мосту, продрогли до глубины души - ветер злился, как мог. Совсем не летний ветер, а какой-то ноябрьский, ледяной, промозглый.
А ливень хлынул, когда мы миновали Марсово поле. Пока добрались до Гостинки, еще и вымокли. Пришлось час шляться по Гостинке, сохнуть, отгреваться - а на самом-то деле, просто не хотелось расходиться. Вернулось ощущение двухмесячной давности - только тише, теплее, неразрывнее.
И даже проникнуться вернувшимся счастьем не удалось, потому что система по-прежнему ставит предохранительные блоки. В метро и электричке спала, обняв рюкзак и положив на него голову. Сон притушил остроту впечатлений, смягчил, подернул легкой дымкой.
А сейчас думаю, что должен вернуться муж - и вряд ли он вернется трезвый и адекватный.