[350x194]  29 мая 1874 года в Лондоне родился Гилберт Кит Честертон – английский христианский мыслитель, журналист и писатель, автор детективных рассказов, главным героем которых стал католический священник отец Браун. Честертона нередко называли «принцем парадокса», журнал Time отмечал стиль его письма как «выворачивающий наизнанку пословицы, поговорки и аллегории».

Льюис Кэрролл писал о нем:

«Мне не было нужды соглашаться с Честертоном, чтобы получать от него радость. Его юмор такого рода, который нравится мне больше всего. Это не „остроты“, распределенные по странице, как изюминки по тесту булочки, и уж вовсе не заданный заранее тон небрежного пошучивания, который нет сил переносить; юмор тут неотделим от самой сути спора, диалектика спора им „зацветает“, как сказал бы Аристотель. Шпага играет в лучах солнца не оттого, что фехтовальщик об этом заботится, просто бой идет не на шутку и движения очень проворны» 

Некоторые из парадоксальных мыслей писателя:

На каждом историческом этапе начало конца имело видимость реформ.

Каждый хочет, чтобы его информировали честно, беспристрастно, правдиво — и в полном соответствии с его взглядами.

Мы так погрязли в болезненных предубеждениях, так уважаем безумие, что здравомыслящий человек пугает нас, как помешанный.

Когда люди хвастаются пороками, это еще не беда; нравственное зло возникает, когда они хвастаются добродетелями.

Растущая потребность в сильном человеке – неопровержимый признак слабости. 

Библия учит нас любить ближних, она также учит нас любить врагов; может быть, потому что это одни и те же люди.

В человеке, который ест икру, потому что ему захотелось, больше простоты, чем в том, который ест ячменные хлопья из принципа.

Парадокс напоминает о забытой истине.

Люди обычно ссорятся потому, что не умеют спорить.

Когда человечество уже не производит на свет счастливых людей, оно начинает производить оптимистов.

О вкусах не спорят: из-за вкусов бранятся, скандалят и ругаются.

Спешка плоха уже тем, что отнимает слишком много времени.

Брак – это дуэль не на жизнь, а на смерть, от которой ни один уважающий себя человек не имеет права отказаться.