Встретились два одиночества…
Встреча была не запланированной, непредсказуемой, но такой ожидаемой, где то внутри души. Оставалось только удивляться, когда увидели истинное лицо своей судьбы.
Мы были рядом, жили, у нас была дружба, обычная и простоя, приятная и сильная. Ты молчала, молчала и наблюдала за мной. НЕ знала как подойти и сказать. Сотни вариантов и возможностей возникали в голове и меркли, оставляя свой след, как кометы на звездном небе, чтоб пролететь- опалить своим ярким светом … и погаснуть навсегда в темноте сознания.
Соединенные, согретые пламенем огня.
Отогретые пламенем, что сожгло когда то, давно, все теперь в прошлом, ВСЯ ЖИЗНЬ… которая еще вчера была настоящим.
Непроглядный сумрак окутал в темную вуаль все окружающие предметы, только отблески пламени на миг освещали тела и лица, сидящих у огня.
Наступившие сумерки нашептывали, рассказывали, пугали и умиротворяли.
Мысли были бессвязны и непонятны, только мрачный, осипший и хриплый тон второго «Я» рвался на свободу. Хорошо, что было темно- иначе б ты заметила произошедшие изменения. Ты б меня не узнала. Мягкие черта обострились, взгляд стал серьезным и глубоким, поблескивая звериной жаждой. Кожа горела. Во рту все пересохло, ощущение жажды медленно растекалось по телу, отравляя кровь, заставляя молчать рассудок. Глаза перестали замечать четкую грань между человеческим миром и его ощущениями. Все вокруг начало наполняться звуками и шорохами, в темноте стали четко видны передвижения мелких животных. Природа начала жить своей ночной жизнью. Из души на свободу просился ночной зверь. Тело начало пробивать мелкая дрожь предвкушения. Мышцы размягчались, казалось, что они начнут свою текучесть вдоль костей, освобождая истинную сущность, разметая цепи, сдерживающие и так слишком долго. Еще миг и блеснут зубы, послышится тихое, утробное рычание голодного зверя.
Ты до сих пор не замечаешь этого, ведь я по-прежнему сижу неподвижно и только то и делаю, что смотрю на пламя, внимательно- не отрываясь, отвлекусь- смерть… для тебя, потом для меня.
Медленная тихая смерть самого себя. Ни крика ни звука, ни слез, ничего, только туманный, глубокий звериный взгляд. Стараюсь не смотреть на тебя, не хочу встретиться с твоим человеческим взглядом, не хочу напугать тебя, не хочу причинить вреда, ведь ты и не подозреваешь в какой опасности сейчас находишься. Уверен, тебе ни за что не полюбить меня такого, я буду вызывать только отвращение или, еще хуже, жалость.
Твой запах одновременно знакомы и чужой, как будто из другого мира дразнит ноздри.
Сквозь языки пламени смотрю на тебя. Сдался, не хватило сил бороться дальше, разрывает изнутри пьянящая свобода зверя. Просыпается голод. С интересом наблюдаю за тобой, стараясь за пламенем спрятать свой взгляд.

Эта безграничная боль, когда стоишь над последним следом, накрапывает дождь. И своей безмерной нежностью, с присущей легкостью стирает последнюю надежду найти тебя, стирает твои следы. Мне больше не найти тебя. Остается только злиться и выть. Гнев и ненависть закипают внутри, набирая силу и вызывая желание трансформироваться, выпустить все то, что так долго сдерживалось внутри, что жило ангелом иллюзий, давало силы и лишало покоя.
Все началось с того, что я встретил тебя. Это ты сейчас считаешь, что самой большой ошибкой было то, что ты приехала тогда, приняла мое предложение, еще не зная меня. И что бы это изменило? Ровным счетом- ничего, все осталось бы на своих местах. А так: увидев тебя я захотел изменить то, что… давно требовало пристального внимания и изучения.
Потом… потом я совершил ошибку за которую ни за что и никогда не прощу себя. Мне с самого начала следовало быть не тем, как мне казалось ты хочешь видеть, а следовало быть собой и все.
Я причинил тебе боль, за что не прощу себя. Ты уехала на море, мне хотелось как можно полнее искупить свою вину. Ведь, если тебе причинили боль- то ты еще можешь заснуть, а если ты причинил боль- то тебе уже ни за что не уснуть. Я ни ел, ни спал, только курил и терпел боль. Вырезал лезвием иероглифы, которые бы напоминали мне до конца жизни мои поступок, мою ошибку и то, что я искренне и безгранично раскаиваюсь в содеянном. Признаю: я полностью был неправ.
Хорошо, что я решил дождаться твоего возвращения и посмотреть, вдруг все не так плохо, как мне могло показаться. Так и было. Все не так плохо. Теперь только шрамы будут мне напоминать о том, что не стоит совершать такие ошибки. Я навсегда впишу их в свое сердце.
В одиночку я б тебя не дождался. Благодаря одному человеку я… смог это сделать. Мне глобально повезло, что она оказалась рядом и была все это время рядом. Плохо то, что за это время все что произошло можно с уверенностью назвать отношениями…
Я сделал тебе предложение стать моей девушкой, в разговорах не напоминал и не давил на тебя, чтоб ты не пришла к отрицательному решению. В тот день я хотел услышать ответ. Но ты не смогла приехать, была занята, через разных людей я не смог тебя убедить приехать и в кино мы пошли без тебя. Нас было трое. Весь фильм мы переговаривались с ней. А до этого опять же в втроем мы ездили на Карьер купаться, она предложила сходить в клуб потанцевать, сначала я согласился, но так устал, что отказался. Между нами были дружеские отношения, просто натыкали на долгие, глубокие взгляды друг друга все чаще. Мне было грустно, я напивался и много курил в кафе, когда мы ждали начало фильма, буянил и паясничал, она видела, что у меня симпатии к другой, это должно было остановить… мне так казалось.
После фильма мы немного погуляли по городу, проводили девчонку до дома. И стоя под аркой дома, прячась от начавшегося дождя она спросила:
- Куда идем?
- Я знаю куда, - сказал я и внутри меня что-то сдалось и оборвалось.
Мы гуляли по парку, я весь испачкался и обвалялся в грязи, я рядом жил и мы пошли чиститься.
Выпили чаю, чтоб согреться. Что-то внутри меня не унималось, мне было спокойно и тихо, все мысли улеглись, я подумал, если б так было всегда, то мне на много легче б было тебя ждать. Умиротворение и беззаботность расслабили меня. Захотелось жить и чувствовать. Я повел ее на крышу и начал показывать все то, что мне нравится, все то красивое и чарующее, что позволяет моей душе жить. Было уже поздно. Я пошел провожать ее на трамвай, но мы так разговорились, что я решил ее проводить на троллейбус, чтоб еще немного поговорить, не хотелось расставаться, не хотелось прекращать так хорошо начавшийся вечер. На троллейбусной остановке не хотелось расставаться, мы продолжали уходить в глубь города, наслаждаясь его вечерней тишиной и зажженными огнями.
В центре города мне не захотелось уходить и я предложил проводить ее еще дальше пешком. Необходимо было переходить через мост. На противоположном берегу неудержимо захотелось посидеть у воды. Отраженные огни чаровали и погружали в магический, спокойный, умиротворенный мир и покой, что так не хватало мне именно в данный момент. Так незаметно настала глубокая ночь и я проводил тебя до самого дома. Не думая ни о чем, ничего не тревожило. На последнем трамвае добрался до мой и до самого утра ни о чем не думал, просто позвонил и сказал, что буду ждать ее у реки на том же месте, как только она освободится.
Так мы встречались каждый день, пытаясь понять, что же это? Дружба? Или зарождающиеся отношения. Даже поговорив мне ничего не было понятно.
Ты уехала на море. Я хотел покончить с собой и кровью смыть тяжесть своих поступков.
Но с ней было так спокойно. Хотелось сидеть у воды и ни о чем не думать. Во мне проснулся зверь, он требовал жить по своим законам, требовал свободы.

Что я теперь буду делать? НИЧЕГО !