Это правда. Причем чистейшая. Для тех, кто не в курсе, у меня вообще-то есть сестра. Вообще, у меня семья большая, но это не имеет никакого отношения к тому, что я хочу написать. Так вот, сеструха моя тут накатала прикольную весчь. Я когда читал, то чуть не сдох. Короче, не буду ничего объяснять, просто выкладываю это у себя. Единственное только, не воспринимайте слишком серьезно и не надорвите животики.

P.S. Алена, пойми правильно.=))



Киркоров, весь в поту и мыле, ступил с освещённой сцены за кулисы. Здесь было пыльно, жарко и темно, в углу валялся макет Ленина в натуральную величину, а рядом, на табуреточке, сидел Укупник и курил гашиш. Киркоров подошёл к висящему на стене зеркалу, послюнил пальцы и поправил выбившийся из-под парика пепельный локон.

- Ну, как, хорошо я спел, а? – горделиво поинтересовался он охрипшим с фонограммы голосом у Укупника.

- Дааа, - протянул тот, посасывая мундштук. – Уильям наш Шекспир курил опиум – писал гениальные книги, Курт Кобейн кололся героином – писал гениальные песни... Эх, Филя, ты бы хоть клею понюхал, что ли...

Киркоров повернулся на каблуках к Укупнику, поскользнулся на чьей-то блевотине и чуть не ёбнулся.

- Да ты! Да я! – задохнулся он от гнева. – Они там весь рот раскрыли, если хочешь знать! И вообще... Пошёл отсюда! Я сказал – встал и пошёл!

Укупник погасил папироску и, не торопясь, приблизился к Киркорову.

- Ну, не кипятись, - Укупник приподнялся на носках и лизнул Киркорова в шею. – Успокойся, мой сладкий.

Киркоров обалдело вытаращился и стёр с шеи жёлтую от гашиша слюну Укупника.

- Ты... Да ты спятил... Ты что делаешь, изверг?!

- Ты ещё так мало знаешь, мой Мио, - Укупник жарко задышал в грудь Киркорову и сделал попытку обнять его. Тот резво отшатнулся и отступил на несколько шагов.

- Пошёл нахуй, демон! – возопил Киркоров и осенил Укупника крестным знамением. – Ты одержим бесами! Опомнись!

- От меня так просто не уйдёшь, - зашипел Укупник, и дьявольский огонь зажёгся в его глазах, а меж губ показался раздвоенный язык. - Замри!

Киркоров попытался сделать хоть шаг, но тело его не слушалось. Он в ужасе посмотрел на ухмыляющегося Укупника как кролик на удава.

- Теперь ты знаешь, кто отымел группу Смэш и главного нарколога страны. Да, это я! Магистр золотого ордена розенкрейцеров! - Укупник зашёлся демоническим хохотом и поперхнулся. - Проклятый гашиш... Нагнись!

Киркоров с ужасом осознал, что, сам того не желая, становится раком. Укупник обошёл вокруг Киркорова и смачно хлопнул его по заду.

- Фига ты отъелся! Пирожками, небось, тебя Алка кормит?

Киркоров замычал что-то нечленораздельное, а из глаз его брызнули слёзы.

- А вот и не вымерли... велоцерапторы... - гнусаво запел Укупник и спустил с Киркорова блистающие штаны. - Палеонтологи... пусть не пиздят...

Киркоров умильно заблеял, тщетно пытаясь повернуть голову:

- Отпусти меня, старче. Я тебе ещё пригожусь.

- А ты мне и так пригодишься... Что за задница! Не задница - мечта!

- Может, я лучше так, добровольно?

- Ага, тебя освободи, а ты милицию позовёшь. Вон ты какой лось вымахал, мне с тобой не справиться.

Киркоров услышал звук расстёгиваемой молнии и мысленно простился с девственностью.

- Тока ты того... поаккуратнее... Пожалуйста, магистр...

- Не боись, друже, всё будет как в лучших домах Парижа... Тебе какую смазку - апельсиновую или с корицей? А, чего я спрашиваю, знаю, ты булочки с корицей любишь.

Киркоров попытался что-то ответить, но ему перехватило горло. Через полминуты что-то твёрдое толкнулось ему в анус.

- Аааа... Ыыыы! - взвыл он и лихорадочно стал вспоминать все известные ему молитвы. Молитв не вспоминалось.

- Раз-два, взяли! - заревел Укупник и толкнулся глубже.

Киркоров уставился в заплёванный пол и закусил губу от боли. "Я пионер", - подумал он. "Я Мальчиш-Кибальчиш. Умру, но не произнесу ни звука" - и тут же визгливо завопил, когда Укупник вошёл в него до конца.

- Не кричи, не в опере, - прохрипел Укупник. - Это ж надо! Столько лет в шоу-бизнесе и такой нерастянутый.

- Я в первый раз, - захныкал Киркоров.

- Ну, первый - не последний, - бодро заверил его Укупник и начал двигаться.

- Один раз не пидарас, - зашептал Киркоров себе под нос. - Ой, мамочки! Один раз не пидарас...

- Что это ты там бубнишь? - задыхаясь, поинтересовался Укупник. - Масонская мантра? Да нет, их я все знаю...

- Стихотворение, меня в детстве бабушка научила, - Киркоров прочно утвердился на руках и вздохнул - боль чуть-чуть попустила.

- Бабушка... А у меня вот не было бабушки... Знаешь, все розенкрейцеры родятся, когда опоссум поссыт на куст дикой рябины. Вот и я также, - ударился в ностальгию Укупник, но двигаться не перестал.

- Безотцовщина, значит, сирота, - посочувствовал Киркоров.

- Да, но я не жалею. Это закалило меня. И пусть меня в детстве дразнили, мне уже пофиг... Я ведь стар, Филя. Я суперстар. Ну как, уже не так больно?

- Фига! - поразился Киркоров. - И ведь правда, почти нет. А когда хорошо будет? Давай, хрена ли мне мать-природа жопу дала, если я ею не пользуюсь.

- Ща, всё будет, - прошептал Укупник и, наращивая скорость, потянулся к члену Киркорова. Киркоров с удивлением заметил, что у него давно уже стоит. "Стыд-то какой", - пригорюнился он. - "Меня насилуют, натурально, а я возбудился... Ну, ладно, у него своя голова, у меня - своя. Типа я тут ни причём".

Укупник плавными движениями начал дрочить Киркорову, и тот выкинул из головы все мысли о масонах и пионерах. Успел только подумать: "Ну нихуя у него хуй!"

Укупник убыстрил фрикции, и движения его руки стали более резкими. Киркоров с удивлением понял, что если его и насилуют, то делают это очень приятным способом, и, сам не осознавая, что говорит, забормотал: "Да, вот так... Трахни меня, Аркаша! Натяни как сидорову козу!" Укупник уже ничего не говорил, только тяжело дышал и сплёвывал гашишную слюну на спину Киркорову.

Когда Киркоров понял, что ещё чуть-чуть - и он не выдержит, зажёгся яркий свет. Кулисы разошлись, и стройными рядами на Киркорова пошли, приплясывая, Регины Дубовицкие, все как одна голые и на красных шпильках. Грянули литавры и барабаны, заиграла разудалая мелодия, и полилась весёлая песня: "Пажааарные шутят с агаааньком! Охо-хо-хо!"
И, широко раскрыв от удивления глаза, Киркоров почувствовал, как горячая струя спермы хлынула внутрь него, а, спустя секунду, кончил и сам.