Художник Сергей Брандт родился в 1963 году в городе Житомире. Окончил, в 1982 году, Художественную среднюю школу имени Т.Г. Шевченко. В 1990 году – Национальную Академию изобразительного искусства и архитектуры по специальности архитектор.

Профессионально живописью начал заниматься в 1991 году.

Работы Сергея Брандта находятся в коллекциях живописи по всему миру.

Это, так сказать, официальная биография.

На одном из сайтов я нашёл интервью художника. Очень интересно. От души и с болью.

Я родился в Житомире. Семья никак не была связана с искусством, но старшего брата родители отдали в художественную студию, при дворце пионеров. Он как-то не увлекся, зато я — да. Тогда родители записали меня в художественную школу, где я получил основы рисунка живописи и композиции. В Житомире мне дали первые технические навыки акварельной живописи, за что до сих пор благодарен учителям школы.
В Киев впервые попал в шестом классе. Нас возили на экскурсию, и столица произвела большое впечатление. К тому времени я достиг определенных успехов в Житомире, мне посоветовали поступать в Республиканскую художественную среднюю школу (РХСШ). Это школа- интернат, где учились дети со всей Украины. Школа и сейчас работает на Сырце. При поступлении нужно было пройти достаточно серьезный конкурс. Так после восьмого класса я переехал в столицу. Классы в школе были переполнены, набор открыт только на архитектуру. Туда я и поступил в надежде перевестись потом на живопись, как делали в то время многие. Но поучившись на архитектуре, решил не переводиться.

Потом поступил в вуз на ту же специальность и после окончания два года работал архитектором. Но то были девяностые, тяжелые времена. У меня была семья, ребенок. Как молодой специалист, я получал 300 рублей (примерно 20 долларов). Параллельно рисовал и продавал картинки — одна стоила 20 долларов. Так что рисовать оказалось экономически выгоднее. Изображал городские пейзажи, киевские здания, памятники, то, что было близко мне как архитектору.

Тогда Киев был цветущим, поражал обилием зелени, парков, склонами Днепра. Уничтожение старой архитектуры было заметно и в восьмидесятых, девяностых, но сейчас приобрело невиданный размах.

Потом появился рэкет, нам поставили жесткие условия, пришлось искать другие места для продажи картин.

И сейчас я рисую киевские улицы, меня интересует в городе все. Понятно, что для коммерческого успеха работ важны знаковые, туристические места. Такие работы пользуются спросом. А для себя рисую и улочки, и дворики, но времени на такие вещи остается все меньше. То же касается и выставок: для них нужны время и силы. Полгода придется потратить, чтобы подготовить серию работ для выставки. Знаю художников, которые выставляются четыре раза в год. Иногда это превращается в поток, где одна-две работы продуманные, а остальные — будто выполнены без сознания.

У меня есть постоянная экспозиция на Андреевском спуске, по сути выставка под открытым небом. Мне не нужно снимать помещение, платить кому-то за аренду. По отзывам друзей, которые проводили свои выставки, знаю, что коммерчески это не всегда выгодно. Эффект выставки сказывается позже: люди пришли, посмотрели, запомнили, что есть такой художник. И возможно позже закажут у него картину.
Моя мастерская на левом берегу, недалеко от дома. Когда есть заказы, стараюсь соблюдать четкий график, в остальное время работаю по наитию.

Бывает, просят нарисовать виды того Киева, каким его в реальности уже не увидеть: «Вот тут настроили разного современного, мне этого не надо. Давайте сделаем стилизацию под семидесятые годы. Помню, здесь была больница, а там — деревья, и никаких современных машин на улицах!». Так возвращаю им старый Киев. В обсуждениях всплывают самые удивительные подробности: «Помните, были такие красно-белые бордюры в метр высотой, мы на них сидели?»

Никогда не мог ответить на вопрос о любимой работе. Все любимые. С возрастом стал относиться к каждой кропотливее и серьезнее. Раньше мог повторять, или, как принято говорить, тиражировать свои картины. Еще в девяностых, когда в Киеве стало совсем тяжело, три года работал в Праге. Порой просто становился на улице с этюдником, делал работу и тут же ее продавал. У меня было три-четыре сюжета: как только продавался один, тут же рисовал следующий. Ставил себе задачу тратить не больше часа-полутора на одну картину размером 30 на 40 сантиметров. Но тогда это было для меня способом выживания.
Сейчас акварель снова становится популярной, смотрю иногда в интернете на такие «быстрые» работы разных авторов, вспоминаю свою молодость, пражский период и становится немножко грустно. Это время осталось позади и возвращаться к нему не хочется.