О хищениях, имевших место при строительстве ахенского собора.

Мы знаем, сколь грандиозен был замысел Карла Великого и сколько средств требовалось для строительства капеллы Девы Марии. По одной из версий, спонсором был Нечистый и о тому свидетельство - чертов палец в воротах собора. Другие же компетентные источники говорят, что Карл все-таки нашел средства для строительства, а друг его папа Адриан обеспечил своевременную поставку мрамора, колонн и прочих драгоценностей для капеллы из Италии.
Орган изготовлен был венецианским священником Георгиусом, известным мастером, мозаики выкладывали византийцы, были там мастера и из других стран, а начальствовал над строительством Одо из Меца. Также назначил Карл на строительство некоего аббата с секретной миссией: наблюдать за работниками и не допускать хищений.
После Карл ушел на войну с саксами, а аббат в отсутствие государя мигом прибрал всю власть к своим рукам, держал рабочих и служащих в черном теле, угнетая их как фараон египетский евреев, а главное - оказался редкостным прохиндеем. В результате всего этого из запасов золота, серебра и драгоценных камней, а также шелковых тканей, выделенных на строительство капеллы, исчезла изрядная часть - и все это оказалось у аббата в коробах и сундуках.
Внезапно (а может, и нет) в доме нашего воришки вспыхнул пожар. Аббат бегом домой, к сокровищам - и, взвалив на плечи по тяжелому сундуку, направился к выходу. И тут на его голову обрушилась горящай балка, похоронив вместе с сундуками. Пожар для аббата на этом не закончился: за содеянные хищения вор был отправлен из огня земного в тот огонь, что зажжен не рукой человеческой.
Таков был приговор Высшего Суда, пришедшего на помощь воевавшему в чужих краях Карлу.
Текже рассказывают, что один бедный блаженный человек, заснув рядом с товарищами, увидел чудесный сон: из королевского дворца через ручей вброд движется великан, страшнее того гиганта, что искушал святого Антония. За собою ведет он столь же чудовищного верблюда с огромным мешком на спине. Блаженный человек спросил великана, откуда тот, зачем пришел и куда направляется. Великан ответил: "Из королевского дворца иду я в дом Лиутфрида, чтоб забрать и посадить на этот мешок, в котором все, что Лиутфрид успел наворовать. Теперь полагается доставить преступника вместе с мешком в ад."
Человек проснулся и рассказал свой сон удивленным товарищам. И тут из дома Лиутфрида прибегает рыдающая девушка, рассказывает, что хозяина ее только что свело страшной судорогой и он умер в муках, пусть святой человек помолится за его душу. Император Карл, услышав о случившемся, велел обыскать дом Лиутфрида и нашел там все наворованые сокровища. Все они были императорским указом переданы бедным и нуждающимся.
Для церковного колокола император не пожалел ни золота, ни серебра, а работу поручил прославленному литейщику, монаху по имени Танко. В результате серебро и золото большей частью оказались у последнего, а вместо них в колокол были примешаны железо и свинец. Наступил день освящения церкви. Звонарь ударил в колокол - и тот отказался звенеть. Люди внизу услыхали лишь
глухой стон, горькую жалобу и тяжелое покряхтывание нездорового человека. Тогда сам Танко поднялся на колокольню, в ярости ухватился за веревку, дернул за язык и поднял в ожидании голову к небу. Звука не последовало. Вместо этого язык сорвался и обрушился на Танко. Таков был приговор небесной инстанции по этому делу.
Наверняка имели место и другие случаи хищений, потому дело пока нельзя считать закрытым. О дальнейшем ходе его я обязательно буду рассказывать.