Смойте грим, Пьеро, довольно фальши.
Вы и так чудовищно бледны.
Пусть сознанье нагишом запляшет
Под гипнозом хищницы-луны.
Не скупитесь кружевом манжеты
Роль шута размазать по лицу.
Смех сверкнет подброшенной монетой,
Огрызаясь страху-подлецу.
По судьбы натянутым канатам
Зарезвится акробатка-жизнь.
Взмоет свет под куполом покатым,
Каждый нерв упруго задрожит.
Колдовской озноб шмыгнет за ворот,
Душу сдав на вещевой базар.
Онемеет зал шакальей сворой,
Возбуждая жертвенный азарт.
Небо гулко рухнет на арену,
Первозданный мрак ощерит пасть,
И охрипнут дерзкие сирены,
Кроя смерти козырную масть.
Публика застынет – что же дальше?
Только дальше ни–че–го. Увы.
Смойте грим, Пьеро, довольно фальши.
Вы мертвы, мой бедный. Вы мертвы.