Сын! Если я не мёртв, то потому
что, связок не щадя и перепонок,
во мне кричит всё детское: ребёнок
один боится уходить во тьму.
Сын! Если я не мёртв, то потому
что молодости пламенной - я молод -
с её живыми органами холод
столь дальних палестин не уму.
Сын! Если я не мёртв, то потому
что взрослый не зовёт себе подмогу.
Я слишком горд, чтобы за то, что Богу
предписывалось, браться самому.
Свн! Если я не мёртв, то потому
что близость смерти ложью не унижу.
Я слишком стар. Но и вблизи не вижу
там избавленья сердцу моему.
Сын! Если я не мёртв, то потому
что знаю, что в Аду тебя не встречу.
Апостол же, чьей воле не перечу,
в Рай не позволит занести чуму.
Сын! Я бессмертен. Не как оптимист.
Бессмертен, как животное, что строже.
Все волки для охотника - похожи.
А смерть - ничтожный физиономист.
Грех спрашивать с разрушинных орбит!
Но лучше мне кривится в укоризне,
чем быть тобой неузнаным по жизни.
Услышь меня, отец твой не убит.