НЕ СОГЛАСЕН! Копирую, в знак несогласия, свой "пост" http://www.liveinternet.ru/users/794158/post7617103/: Вот некоторые православные книгоиздатели говорят, что у нас мало детских книг. А по-моему, у нас все книги детские. Взять, к примеру, жития святых, в которых о каком-нибудь мученике первенствующей Церкви рассказывается, как он "от младых ногтей" по средам и пятницам отворачивался от материнской груди, дабы не вкушать молока, нарушая тем самым пост, жизнь прожил ни разу не пукнув, а с мучителями своими говорил как истинный выпускник Киевской духовной академии. Или вот, книжку протоиерея Николая Агафонова "Неприкаянное юродство простых историй". Друзья дали мне ее почитать недели две назад, я же, грешным делом, дальше 59-ой страницы не продвинулся. И вряд ли продвинусь дальше. Потому как пишет честной протоиерей по-детски. Ему бы, что ли, Льва Николаевича Толстого почитать. Тот хоть и был еретиком поганым, однако же писать умел. Не боялся и не стеснялся выписывать сложные и противоречивые характеры, прибегая при этом к великолепным художественным образам. Не стеснялся писать сложнораспространенные предложения на полстраницы, опасаясь быть не понятым или не прочтенным. Писал, в общем, как умел и как хотел, без поправки на "широкую читательскую аудиторию". Почему-то в богословских сочинениях святых отцов Церкви все это тоже есть. Плюс духовное, а иногда и сложное мистическое содержание. Год назад, у тех же моих знакомых, на полке я нашел "Строматы" св. Климента Александрийского. Раскрыв эту книгу я мысленно рыдал над каждой строчкой, - настолько высоко и изысканно, настолько чувствуешь себя самого "прилипшим к земле", читая эту книгу. Наверное, книги св. Климента и прот. Н.Агафонова мои друзья на разных полках держат, иначе они передерутся. Или взять, например, так называемые "мученические акты" - документальные свидетельства допросов и приговоров христианским мученикам. Почему-то воспринимаются они совершенно иначе чем жития тех же самых святых, намного глубже и пронзительнее. Впрочем, последняя мысль не нова, насколько я помню, со времен Игнатия Брянчанинова.