Гей-удолбаный-в-хлам 02:13 The city.


Вчера на рассвете я выбросил последний символ христианства,
серебряное кольцо, которое носил, не снимая, уже несколько лет.
Снял его с безымянного пальца и отправил щелчком пальца в траву,
как обычно поступаю с окурками. Кольцо оказалось тяжелее окурка,
и улетело совсем недалеко, описав в воздухе корявую медленную траекторию.

Хотел пойти найти его, а потом подумалось -- зачем.
Я всё равно носил его всего лишь по привычке.

* * *

Сегодня вечером я наконец проснулся под звуки ливня.
На кухне дебоширила очень маленькая кошка;
китаец гортанно трындел по телефону;
за окном торопливо неслись облака,
как в депрессивном авторском кино.

Уже привык пить несладкий крепкий чай
из гранёных пивных кружек, литрами.

В Черёмушках хорошо.






Гей-удолбаный-в-хлам 02:48 The city.


Сегодня вечером было пустынное ветреное метро,
бесконечные безлюдные эскалаторы, грохот и тряска,
коматозные парни на платформах и тёмные липкие бульвары наверху;
капли тёмной воды падают из крон деревьев с невнятным иностранным
лопотом; мутный блеск промокшего асфальта; и свежий влажный ветер
пахнет одиночеством ещё сильнее, чем обычно -- хотя на самом деле
вся суть -- в тенях от фонарей на стенах -- в их танце скалится прошлое,
все эти предательски ушедшие годы, дезертиры встреч и каратели надежд;
миллиарды никому не нужных реплик, стонов, дрязг и пожиманий плечами.

За взлётами необязательно следует падение;
чаще -- просто скучный, душный тупик.