кажется, это будет очень длинная зима. кажется, за прошедшие пару лет я столько всего нажил, что теперь только и делаю, что разбираю это, закрываю петли, понимаю недопонятое, отдаю должное. и почему-то это придаёт ужасному пессимисту мне - оптимизма. и словно вещи движутся навстречу, а не одна я брожу средь равнодушных их. живые заинтересованные вещи, надо же.

раньше я думал, у меня нет своей речи, а теперь вижу - может быть любая.

и как же это удивительно радостно, когда - лето, карпаты, радуга - оказывается, что и с твоим прерывающимся любым голосом кто-то всегда будет петь,

и слово только то твоё, которое ты дал и сдержал; так же и другое - чтобы не терять, дари. правда - движение.

наверное, некоторые простые вещи даются мне сложнее и медленнее, чем другим, но уж когда я наконец пойму, то всей кожей.

есть вещи, которые не могут быть объектом, от этого они портятся, а могут быть только сопровождением. для них нужно тренировать боковое внимание, как зрение краем глаза. 

некоторые вещи могут быть только "здесь", только в остановленном масштабе, и, наверное, это может быть больно (затруднение, складка, соринка в глазу, именно складка, форма формы, препятствие) для того, что есть во всех масштабах сразу, но я думаю, что и они хороши. они не проекция одного, а одно и другое сразу, не свет, а тень. и да, с моей стороны это всё ещё попытка спасать и так самостоятельное; но что поделать, если мне жаль мира, жаль не как утерянного, а как живущего.

(со словом "вещи" тут, конечно, беда, но более подходящего у меня нет)