Он понял, для чего он был помещен в этот мир. Учитель хотел чтобы он вспомнил, и он действительно вспоминал. События и персонажи, стертые из его памяти вместе со смертью, теперь оживали картинами, выплывающими из мрака перед его глазами. Уже не надо было искать зацепки, падать в омуты воспоминаний. Образы, люди, города появлялись сами, мелькая перед глазами.
Она умерла вскоре после вести о гибели сына. Просто что-то сломалось внутри нее, и она тихо угасла. Перед тем как уйти она сказала: «Мы все равно встретимся… Так было всегда… И так будет… Я знаю…»
С ее смертью он потерял все. Ему уже было неважно как ее похоронят, какое будет надгробие, с уходом души тело ее стало ему не нужно. Он ушел из дома, и с тех пор он стал Странником.
Он просто шел. Люди в городах и селах давали ему старую одежду, обувь, ночлег. При этом почему-то они не боялись грязного, заросшего человека с блуждающим взглядом. В его взгляде не было алчности, он ничего не хотел от этих людей, и они это чувствовали, но не могли понять. Это приводило их в состояние благоговейного страха. Они считали его блаженным, мудрецом, святым, ангелом, духом. Казалось, если бы он заговорил, то они бы пошли за ним, стали его учениками, внимали бы его словам. Но ему это было не нужно. В своих странствиях он не чувствовал холода. Голод и жажду мог утолить желудями в лесу и талой водой из лужи под корнями. Он не знал что он ищет, но он точно знал что он это найдет. И он нашел его. Море. Огромная гладь воды простиралась от края до края, растворяясь в небе. Он твердо знал что там найдет покой, и хотел уйти туда. Он устроился матросом на первый встретившийся корабль и ушел в море.
Он вспоминал ветер и штиль, друзей и далекие страны. Вся его жизнь до встречи с тем медведем была перед его глазами.
И вдруг что-то в его мире изменилось…