В ушах еще живо воспоминание о будильнике. Восемь…
По телевизору прозвенело: в армии порядок строгий: зарядка, завтрак, маршбросок на 30 километров…
В мозгу пронеслось: как в армии…
В десять я уже покупала абонемент в спортзал…
Тренер посмотрел, как мы метались в поисках раздевалок, и сразу все понял.
Два часа я и taniska , вооруженные прекрасной улыбкой, тягали снаряды, толкали гирьки, бегали кросс и крутили педали велосипеда. В эти же два часа я поняла, что ноги и пресс у меня еще куда ни шли, а вот руки – полный пипец!!! К середине занятий, я вообще их уже не ощущала…
После зала мы просто обязаны были посетить май систер… там у нас был девичник. Слава Богу, зал для тренировок находился на первом этаже ее дома… Систер откуда-то вышагивала бодро, когда мы, скрипнув пластиковой дверью СОКа, вывалились, как два бревна, наружу. Светка всплеснула руками и, всегда слишком заботливая, заверещала: ой, милые, вы еще ходите???? На что Танк ответил: нет, но очень красиво ползем…
Первые сорок минут я и Танк обзванивали близких с одинаковым текстом: я больше не могу ходить… хуже всего эту фразу восприняла моя мама. Она затаила дыхание и со страхом в голосе спросила: тебя привалило штангой???
Потом все пошло, как всегда хорошо. Желали друг другу чаще видеться, открывали Каберне и резали сыр, говорили, говорили, говорили… мама называет это «прорвало»… о мужчинах, о мужчинах, о мужчинах… о работе, о карьере, о спорте, о костюме Плющенко, о скрипаче Плющенко, о мужчинах, о мужчинах, о мужчинах…
Расстались довольные, отошедшие от фитнеса, воспрявшие духом, но чуточку кряхтя…

Купила все-таки клавиатуру. Три раза бегала из магазина и обратно. Один раз, чтобы срезать, сквозь неопознанную дыру в гимназическом заборе. Подбирала к своей лапочке то одно, то другое, то третье… получила в итоге от продавца: ох, не женская эта работа – клавиатуру выбирать…

Завтра читайте. Я и мама – шкафопокупатели. Я, май систер и taniska – великие конькобежцы и… ВОЗРОЖДЕНИЕ АВТОРСКОЙ ПЕСНИ!!!! Концерт, о котором я мечтала всю зиму…