Дома невозможно что-либо познавать. Как только я сажусь за учебник, у окружающих будто срабатывает внутренний зуммер. В дверь стучат с периодичностью раз в три минуты. Потому всегда удобнее читать где-нибудь еще: в парках, трамваях, иностранке и даже электричке.
Пожаловалась вчера Ежу (далее Лена). Ленка сочувственно вздохнула и сказала: ну, к нам пошли. Я все равно собираюсь Байрона читать.
…Я лежала на кровати и декламировала законы первой «Русской правды». Прямо у моего носа стояла клетка с тремя японскими мышами и две банки с еще двумя… Вдруг из-под шкафа вышла шестая, незапланированная и совсем не японская крысятина. Нагло прошаталась по комнате и села у холодильника.
Потом крысятина по-хамски заползла на крышу клетки и стала тыкать носом японского аристократа, равного по величине как раз 1/3 дворовой… Мы с Ленкой искренне удивлялись наглости. Ленка с возмущением, а я с детским любопытством. Мышь скакала, как ошпаренная, и ее совершенно не смущала Ленка, которая пыталась воздействовать на нее и ее совесть техническими факторами. Ленка дула крысятине феном в морду, светила в глаза лампочкой и устраивала маленькие сотрясания пола под животным. Хамская зверюга удалялась на минуту, чтобы прекратить беспредел, а потом снова вскарабкивалась на клетку. Я лежала на кровати и, болтая ногой, пыталась представить себе дурость татаро-монгольского племени, которое вероятно, вторглось в Рязань со звуком, похожим на эту возню возле мышиного пент-хауза.
Часом позже, когда, уставшие от активных действий, все заняли свои места: я медленно подбиралась к Калите, Ленка зачитывала у стола отрывки из Гейне, а наша Дворовая смотрела в окно, сидя прямо у меня под носом, с работы вернулась Маринка.
Она молча проникла сквозь занавеску и долго смотрела на нашу идиллию. Ленка, увидев ее, прокричала: Вон…. И дернула рукой в сторону окна… Там все еще обитала дворовая, временно переместившаяся ближе к клетке с аристократами.
Спустя еще три часа…возмущение поутихло, и все снова угомонились. В моей голове уже пришел час Смутного времени, Ленка все еще погружалась в Гейне, Маринка показывала нам мультики-страшилки… мышь удалилась под кровать.
Марина: нет, вон… бежит… ….. …. Итак прогрызла мою любимую соломенную сумку, …
Мы стали размышлять над изготовлением ловушки. Маринка предложила поставить в центр комнаты клетку с аристократами, положить рядом пакет, и сунуть в него колбасу. Мышь зайдет в пакет и станет есть колбасу, на том и будет словлена умелой рукой редактора сайта Рубина…
Я предположила, выбираясь из дебрей истории: по-моему, ваша мышь не дура…
Никто тогда еще не знал, что это означает, что мышь со скоростью света вбежит в пакет, схватит увесистый кусок колбасы и пулей скроется под шкафом…
Все замерли в шоке. Я, наконец, сосредоточившись на проблеме, предложила положить на пол лист бумаги, взять длинную коробку, подпереть ее спичкой, а к спичке привязать пресловутую колбасу. Мышь потянет кусок под шкаф, спичка упадет и коробка накроет Дворовую с головой.
Мои антигрызы долго искали подходящую коробку, потом спичку-палку-карандаш, потом лист нужного формата. Потом привязывали приманку и инсценировали вход и выход мыши из кормушки. Сосредоточенность повисла в воздухе. В половине четвертого конструкция величественно украшала центр комнаты, а я добралась до Лжедмитрия и решила, что пора спать.
Проводив меня до коридорной двери, архитекторы удалились ждать триумфального попадания животного в ловушку…
Чем закончилась мышиная травля, остается только предполагать. Но сегодня в метро я долго вспоминала вперемешку мамаево иго, родословную Рюриков и возмущенные глаза девчонок, видевших, что по их дому шлендрает серое чудовище… Отчего я всегда готовлюсь к экзаменам не так?