Поезд подъехал к Казанскому вокзалу и Женька, случайно оказавшийся в соседнем со мной вагоне, сказал: А вот и наш эскорт.
На перроне в ряд стояло пятеро знакомых мне со времен песочницы мужчин. «Как хорошо, - подумала я, - значит, спина после сумок болеть не будет. По крайней мере, до вечера. В камеру хранения мою поклажу загрузят сильные военные руки».
Солнце палило нещадно, пришлось раздеваться… Вот, кажется, я вернулась)))

Зарисовки. Из случившегося за две недели.

Самое главное достоинство и предмет для зависти: было спокойно, с меня сдували пылинки и почти носили на руках. Я позволяла себе садиться окружающим на шею, свешивать ножки, загадочно закатывать глаза и говорить: НЕ ХОЧУ!!!!!!!!!!!

Первого мая куча родственников дебоширила в моей квартире. Меня, Танка и Ребенка, упавших заживо от количества загруженных в нас продуктов, брали на буксир и тащили танцевать. Как объяснить моей супер-активной тетке, что такое невозможно в принципе!!! Никак! В итоге: казачок с подвыподвертом, цыганочка с выпадами и канкан в припадке веселья… В лото и карты мне теперь не везет хронически: ни одного выигранного кона, -- теряю навыки!!!

Я, Танк и Ребенок второго мая решили: а не мурлыкнуть ли нам? Природа поддерживала решение. В процессе мы все-таки выяснили, насколько мы замечательные. А потом мы встречали из Уфы танкову личную жизнь, и гуляли под дождем по горам, с которых видно весь город…если вы не близоруки, конечно.

Девчонки уехали. И мама сказала: Все в сад!!! Сначала, правда перерыхлила с подругой клумбы под окном. Видели бы вы, как ее глаза горели, когда она натягивала кроссовки с лопаткой в зубах… А мы с папой делали манты, пока они там лилии высаживали. По локоть в муке, папа, наконец, поймал меня для серьезного разговора. Сказал рубить под корень упаднические настроения и стукнул скалкой по готовому манту… такой шедевр сломал…
Потом папу повысили и сделали начальником отраслевого куста. Теперь он главный кривильщик отрасли!!! УРРА!!

Мы сажали ровно ведро картошки и стакан лука. Мама ползала с каким-то сантиметром вокруг грядки и вымеряла угол. Потом дощечкой выравнивала поверхность и на наши с папой издевательства только отбрыкивалась: Юр!!! Кривильщик он! Куда ты меряешь! Кать, уйди с грядки, а… да, это грядка!!! Нее… не крестьяне… не крестьяне..
Папа нагнулся к моему уху. Значит, собрался сказать гадость.
Я тыкала лук в лунки и повторяла: не крестьяне, не крестьяне… Папа сказал: конечно, не крестьяне, у нас прадед был кулак!
Я: Мама, у меня прадед кулак, так что вторую грядку поручи Алику…

Из неприятного. Умер двоюродный дед. Я поняла, что время ничего не лечит, потому что, даже шесть лет спустя, я падаю в обморок от запаха хвои и кислоты, и начинаю реветь при виде бабушкиной сестры, которая просто копия, как на бабушку похожа. И все это угнетает. Люди в черном. Крики и плачь, похоронная процессия и первый ком земли на гроб. И напротив два памятника… и две слишком узнаваемых фотографии…Тоже мне устроили семейный клан в общественном месте…

Не будем о грустном. О жутком…

Я в миллионный раз поменяла идеологию, покалечилась при выпекании пирогов и построила планы на ближайшие пять лет. Наверное, многое еще упустила…Но сил прибавилось и спокойствия. Не пофигизма, кстати, а спокойствия. Это, оказывается, разные вещи.
И к тому же выяснилось, что мне вообще нельзя нервничать и переживать, так что будем следовать рекомендациям товарищей в белых халатах!!!