У меня не было там настоящих друзей... была одна - рассорились. (Я писала уже - две сестры... которые сейчас какими-то странными способами пытаются то ли заново начать общаться, то ли... не знаю.) Остальные ненастоящие... так, школьные друзья-подруги-одноклассники. Общались, гуляли, веселились вместе... но практически только в стенах школы.
Такие отношения сложились после моего приезда из санатория... ортопедического - кажется, это так называлось.
Когда я всю третью четверть 9-го класса (3 месяца примерно) прожила в... в очень спецефической обстановке. Тяжело об этом писать, на самом деле... И грустно... помню свои тогдашние ощущения - интернат. Нет-нет, меня забирали домой почти на каждые выходные. Мы там учились, лечились, гуляли, общались, веселились... мы там жили. Это был такой свой мир. Одна большая семья. Мальчики на первом этаже, девочки на втором... Совместные только занятия, учеба, гуляния... Постоянно кто-то влюбляется, расходится, сходится...
Там я приводила в себя, упавшую в обморок на холодный кафель в ванной Таню... Таню, которая стала мне самым близким человеком тогда. Таню, с которой потом ещё не раз мы лежали на кровати и плакали, потому что ей было плохо. Таню, которую ещё не раз я практически откачивала... Она около недели не добыла до конца лечения - сотрясение мозга. Нас переселили в крошечную палату из нашей большущей, светлой комнаты. Всё было какое-то кривое, поломанное. Таньке, как самой везучей, на голову грохнулась полка какая-то... У меня перед глазами: она бледная, уставшая на кровати, вот-вот приедет отец, увезет. А я сижу на полу, голова на её коленках, руками обхватив её коленки... Мы так плакали... Я выбежала раздетая на открытый балкон, босые ноги примораживались к решеткам... Как у меня лились слёзы... Танюхинг... бедная девочка, тяжело переживающая развод родителей... Со слезами рассказывающая о том, что её изнасиловал учитель... "Я тебя очень лублу, и для тебя вертится демья..." :) Она переученная левша... почерк отвратительный. :)
Я только-только приехала вернулась домой... плача, убиваясь от горя... звонок - Танька. Мне тогда казалось, что наша дружба будет вечной.
Там я вызывала врачей Лене, с которой в 3 часа ночи случился приступ эпилепсии, а мы никто даже не знали, что она болеет, нам никто не посчитал нужным это сообщить... Лена спала на соседней с моей кровати... Вы можете себе это представить? 3 часа ночи, кромешная темень, приступ эпилепсии? Это страшно... очень... Я так боялась, что она умрет... Я помню, как проснулась и ещё минут 20 лежала, не шевелясь, слушая её странное, сбитое, ноющее, стонущее дыхание, и не знала, что делать, не понимая вообще, что происходит. На утро её забрали домой. Я её больше не видела никогда... Она потом прислала письмо, месяца через 2... "Спасибо, что тогда сумела правильно поступить, не растерялась... можно сказать, спасла мне жизнь..."
Там мы ночами разговаривали через открытое окно с местными раздолбаями... Помнится, Юлька даже встречалась с одним из них... деревенская шпана. Меня они бесили, поэтому я над ними прикалывалась и стебалась, мешая Юльке вершить свои любовные дела. Но именно меня записали в журнале наблюдений: "Мосиевская общалась в час ночи с кем-то через окно." Помню, мы очень смеялись! Юлька тоже уехала раньше меня...
А ещё был человечек Анфиса. Волейболистка... в составе сборной России юношеской... прыгнула с 3 этажа, сломала позвоночник. Год на вытяжке, не двигаясь. Потом вот СанБек... Хорошая, искренняя... Мы с ней дольше всего после общались. Созванивались часто... а потом всё.
Фиска, Танюшка - мои две сестрички... они между собой часто ссорились, а я мерила обоих и мы втроём были самыми счастливыми...
Ребята... Костя, Мишка...
Я тогда была мелкая... я врала, что у меня есть парень, представляете? Ну т.е. как врала... мне очеь хотелось верить, что у меня с этим мальчиком любовь. Но к концу первого месяца пребывания в Бекасово я уже знала, что нифига-то не морковь! Вооот... все ребята были мне большие друзья... я ценила это, да и влюблена я не была. Я со стороны наблюдала, как они все от одних к другим метаются. Девочка-друг. И вот в один из последних дней Костя сказал: "Жаль, что у тебя есть этот твой... мне тут только ты по-настоящему дорога. Ты мне нравишься..." Помню, я тогда закатила истерику... не выдержала... ходила кислая, всем хамила и говорила, что достали со своими проблемами - своих хватает. Но я не сказала, что врала... зря, наверное.
Мишка. Отличный... богатенький, как попал туда - там ведь все очень простые были. Но удивительный... его после отъезда я не видела больше вообще никогда... и телефон его не отвечал ни разу...
Там была такая псевдо-взрослая жизнь... всё по-настоящему. Нет смысла играть и что-то из себя строить - все видят друг друга насквозь.
Костя... мы с ним хотели оба стать хирургами тогда. Интересно, где он сейчас... Мы созванивались около года... с Таней, с Фиской, Костей... один раз даже встретились - гуляли в Сокольниках. Больше 2-х лет я о них ничего не слышала... у Кости телефон сменился, видимо... Фиску я тоже не могу застать... Таня переехала... звонила мне однажды давно-давно - сказала, что пока у неё только мобильный, но номера не оставила. Больше не звонила... Костю, мне кажется, я видела в Подольске на балу медалистов... куда со всей Московской области съезжались выпускники. Но я к нему не подошла... тупо бы выглядело, если б это был не он... Сейчас жалею.
Санаторий Бекасово... такой след в жизни... такие судьбы, такие люди... как я их всех любила! И люблю до сих пор...
Я приехала тогда домой, и в первый же школьный день мне там всё стало невыносимо - эти глупые, мелкие одноклассники! Они совсем не знают жизни...
Хотелось всё бросить и опять вернуться туда... в семью...
Но ещё раз я туда не хочу. И никому не желаю. Это тяжело... Тяжело видеть таких непростых людей, тяжело с ними расставаться... Там пролились самые горькие слёзы... сколько подушек у меня потом было мокрыми на утро от тоски по ним, от грусти... я так скучала по моей семье...
А сейчас не представляю, как взять и найти их! Хотят ли они этого? Вспоминают ли также, как я?