СЕКАЦКИЙ. Тем самым жало в плоть оказывается не только грехопадением, но, парадоксальным образом, и моментом благодати. Как говорил Спиноза, человек способен на то, на что не способны и ангелы. Таким образом, эта непосредственная инвестиция бога (жало в плоть) была, видимо, достаточно дорогой ценой, принеся мучения и все прочее, но в то же время она придает человеку, универсальному чувствилищу бога, модус уникальности, которая недоступна никаким другим силам. Не исключено даже, что и самому господу она доступна лишь как вынесенное вовне чувствилище. Эта история чрезвычайно важна и рассматривается не только Киркегором: у Башляра об этом есть, у Габриэля Марселя...
СКИДАН. Жало в плоть это месть... Наряду с этим Киркегор обсуждает "двусмысленность в понятии" (он пародирует и задирает Гегеля) девственной плевы. Ее актуальность - в отрицании, негации. Он строит виртуозную "диалектику навыворот" в "Дневнике соблазнителя" по поводу этой девственной плевы, которая в отвлеченном понятии (с одной стороны) вроде и существует, а с другой стороны, в действительности, она может реализоваться только через собственное отрицание, через потерю. Так же и жало в плоть. Бог мстит, а Киркегор соблазняет. И, конечно, соблазняется (сам).
СЕКАЦКИЙ. Хорошо. Какие тогда еще будут вопросы, реплики?